Sreda.uz предлагает вниманию читателей мнение сертифицированного специалиста по международному стандарту экологического (зелёного) строительства (LEED) Темура Ахмедова. Автор публикации — международный эксперт по энергоэффективности, возобновляемым источникам энергии и устойчивому развитию, член ННО «Совет по экологическому строительству Узбекистана».
 
============================================
Прежде чем начать анализ рисков, связанных с АЭС, хочу отметить несколько моментов:

  • Риск в данном посте рассматривается как бизнес-термин и как термин, описывающий слабые части любой системы;
  • Я в целом поддерживаю исследования в ядерной энергетике;
  • Рассуждения о рисках АЭС относятся к любой стране. В данном случае я пишу об Узбекистане потому, что сейчас страна решает: строить АЭС или нет;
  • В данном посте я не рассматриваю социальные и экологические аспекты проекта строительства, эксплуатации и вывода из эксплуатации АЭС. Несколько описанных мною рисков относятся к социальным и экологическим аспектам. Есть ожидание, что в случае аварии (не важно, по каким причинам) государство будет заботиться о пострадавших на своей территории и у соседей.
Ни одна АЭС в мире не работает на полностью частной основе. Почему? У АЭС есть компоненты бесконечной финансовой ответственности, которые ни один бизнес не может потянуть и ни одна страховка не может покрыть. Бизнес может иметь дело с любым уровнем рисков, пока эти риски ограничены. Ограниченные риски можно посчитать. Страховые компании работают с такими рисками.

Те риски, которые страховые компании не могут посчитать, они называют форс-мажорными обстоятельствами (в США такие риски называются «действиями Бога»). Эти риски не покрываются страховыми полисами. Открытые риски остаются вне бизнесов. Соответственно, стоимость этих рисков не входит в стоимость их услуг. Публикуемые цены на электричество от АЭС, как минимум, не включают стоимость этих бесконечных рисков.

Единственная структура, которая может покрыть бесконечные финансовые обязательства — это государство с его правом облагать налогом население. Государство становится «страховщиком последней инстанции», покрывая все риски, которые выходят за страховые пределы.

У АЭС есть несколько главных компонентов стоимости и рисков:

  • Стоимость самой станции – строительство и содержание высокотехнологичного комплекса;
  • Ядерное топливо – доставка, хранение, безопасность;
  • Ядерные отходы – транспортировка и хранение, включая долгосрочное хранение (тысячи лет);
  • Инфраструктура – дороги, водоснабжение (для охлаждения и других нужд), высоковольтные линии, и т. д.;
  • Безопасность – охрана территории от террористов; кибер-охрана для защиты систем контроля; система ПВО (защита от дронов и даже ракет, в связи с тем, что ракетные технологии сильно распространились);
  • Риски аварий из-за человеческого фактора – максимальная автоматизация поможет минимизировать человеческий фактор. Тем не менее, в любой сложной системе есть человеческий фактор. Конечно, АЭС сильно развились со времён Чернобыля. Но в Узбекистане нет специалистов и нет системы долгосрочной надёжной подготовки специалистов;
  • Риски, связанные с природными явлениями (землетрясение, и т. п.). При проектировании зданий специалисты предусматривают определённые уровни событий (землетрясение на столько-то баллов; пожар такой-то температуры и такой-то продолжительности и т. д.). Самые «живучие» системы могут иметь 3-4 уровня резервирования мощностей, но в любом случае есть лимит на уровни «живучести» системы.
  • Вывод атомной электростанции из эксплуатации. АЭС нельзя просто «выключить». Закрытие станции – это сложный, длительный и очень дорогой процесс. Специалистов, которые могут и имеют право проводить работы по выводу из эксплуатации не так много. Стоимость вывода из эксплуатации АЭС нужно учитывать при расчёте себестоимости проекта и определении стоимости электроэнергии, так как расход средств на вывод из эксплуатации обязателен.
Пункты 3-7 содержат бесконечные риски. Ни один бизнес самостоятельно покрыть эти пункты не может. Риски, связанные с хранением отходов бесконечны (20 000 лет). Риски, связанные с авариями бесконечны (город Припять не будет обитаем ещё очень много лет). Риски, связанные с авариями из-за природных явлений, бесконечны (Фукусима — без государственной поддержки компания давно разорилась бы, и ещё, может быть, разорится). Безопасность может обеспечить только государство. Частная охранная организация не будет отбивать атаки террористов, дронов или ракет. Частная охранная организация не может вести разведывательные работы по выявлению возможных планов террористов, особенно, в других странах.

По ядерным отходам и по специалистам Узбекистан будет зависеть от других стран длительное время. Такой расклад создаёт неуправляемые риски для Узбекистана. Общественность или новое руководство стран, принимающих наши ядерные отходы, могут поменять планы. В таком случае Узбекистану нужно будет самостоятельно решать вопрос. Подготовка специалистов требует хорошую базу в среднем образовании для получения критической массы потенциальных кандидатов. Для этого нужно поднимать среднее образование.

Суммируя вышесказанное, строительство, эксплуатация и вывод АЭС из эксплуатации имеет ряд рисков с «бесконечными» финансовыми обязательствами. Эти риски нужно понимать и учитывать при принятии решения о строительстве АЭС.

Мое мнение: АЭС — экономически невыгодный и экологически опасный вид энергии. Узбекистан не в состоянии самостоятельно покрывать риски, связанные с этим видом энергии. У Узбекистана бюджета страны не хватит покрыть риск аварии. Огромные расходы, связанные с поддержанием инфраструктуры вокруг станции, будут висеть на бюджете. Нельзя выключить АЭС на ремонт.

Для Узбекистана самые безопасные виды производства энергии — децентрализованные солнечные и ветряные генераторы, которые, по факту, в разы дешевле АЭС. ВИЭ – солнечные батареи, ветряные генераторы, солнечный обогрев воды и другие — не имеют рисков, относящихся к АЭС.