Когда в далеком 1994 году при обсуждении проекта Закона о Центральном Банке я предложил определить главной задачей ЦБ обеспечение стабильности цен, тогдашний Председатель ЦБ был в полном недоумении и возмутился, предполагая, что он будет ответственным за уровень цен на рынке. Слава Богу, тот «уровень компетенции» и те времена прошли и сейчас в статье 5 Закона «О Центральном банке Республики Узбекистан» эта норма строго зафиксирована.

Как Центральный банк регулирует цены
Так, как же влияет Центральный банк на уровень цен и как обеспечивает их стабильность?

Прежде всего, через регулирование объема и направлений циркуляции денежной массы. Если подойти несколько упрощенно, надо понимать, что деньги в обществе противостоят массе товаров и услуг, как произведенных в Узбекистане, так и завезенных в страну. Если представить, что масса товаров, произведенных в стране (ВВП) в большей ее части представлена в виде основных средств и незавершенного производства, то денежная масса нужна только для обеспечения оборотных средств и покупки продуктов конечного потребления: сырья и материалов, рабочей силы, уплаты налогов, для обеспечения повседневных закупок населения. Налоги и государственные сборы составляют основу государственного бюджета, который нужен государству для выполнения собственных функций. Кроме того, денежная масса увеличивается еще и на сумму заимствований государства и хозяйствующих субъектов у зарубежных кредиторов. (Мы здесь намеренно немного упрощаем проблему и определения, чтобы проще объяснить,  как это работает).

Так вот, Центральный банк может и должен определять, и ограничивать объем денежной массы, находящейся в обороте, регулировать наличную и безналичную денежную массу, влияя, таким образом, на соотношение платёжеспособного спроса и предложения. Когда совокупный платёжеспособный спрос меньше предложения, - цены падают, и, наоборот, когда спрос намного превышает предложение – цены растут.

У Центрального банка есть много инструментов влияния для ограничения совокупной денежной массы и на стоимость денег, в виде определения:
  • правил и ограничений осуществления расчетов в экономике, правил функционирования расчетных систем;
  • фундаментальных требований к организации деятельности банков, их капиталу, соотношению их собственных средств к заемным средствам, к средствам, выдаваемым в виде кредитов и гарантий, соотношений обязательств (пассивов) и активов банка;
  • резервных требований к банкам, что ограничивает размер денег в обращении, вынуждая банки часть денег постоянно держать нетронутыми, в резерве;
  • ставки рефинансирования, в качестве ориентира для банков при определении собственных процентных ставок, политики определения уровня интереса (процентов);
  • базовых требований по выдаче кредитов, наличных денег, целевой траты определенных ресурсов и т.д, что также влияет на ограничение денежной массы, на ее направленность и другие инструменты…
Авторитета и власти Центрального банка вполне достаточно, чтобы добиться ограничения и правильного распределения денежной массы в экономике, как эмитента национальной валюты.

Несмотря на все усилия ЦБ в 2019 году совокупная денежная масса выросла на 13,8% и составила 91,3 трлн. сумов (прирост в 11,07 трлн сумов в абсолютном размере), а денежная масса в национальной валюте – на 14,4% (62,8 трлн. сум).

Почему же совокупная денежная масса так стремительно растет?
Превышение роста денежной массы легко определить сопоставив темпы роста ВВП, которые составили 5,5% годовых, показав прирост в абсолютных значениях на 27,44 трлн. сумов и составив 524,3 трлн сумов и приведённые выше показатели прироста денежной массы. На каждый процент прироста совокупного размера денежной массы приходится лишь 0,4% прироста ВВП. И на каждый триллион прироста денежной массы приходился прирост ВВП на 2,48 трлн сумов.

Получается, что выделение огромных средств на осуществление государственных инвестиционных программ, стремительный рост объемов внешнего заимствования, а также административное удержание обменного курса, в итоге обернулись гигантским приростом совокупной денежной массы. По всем параметрам видно, что политика вкачивания денег в народное хозяйство через реализацию инвестиционных проектов не дала ощутимых результатов, а обернулось ростом инфляции в размере 15,2% годовых.

Все это означает только одно - Центральный банк в одиночку не сможет определять и удерживать все желаемые параметры денежной массы в экономике и, таким образом, предопределять уровень инфляции. Увы, но пока нет! Поскольку в стране есть другие институты, которые влияют не только на размер денежной массы, но также на направления её циркулирования.

Прежде всего, это правительство, которое имеет свои приоритеты социально-экономического развития и своими решениями существенно «разбавляет» меры ЦБ по ограничению инфляции и совокупного размера денежной массы. Если оно решит занять рекордно большие объемы денежных средств у Европейского банка реконструкции и развития (в 2019 году ЕБРР установил новый рекорд в Узбекистане: общая сумма инвестиций составила 576 миллионов долларов США в 13 инвестиционных проектах), и осуществлять инфраструктурные проекты по модернизации генерирующих мощностей в Узбекистане, то ЦБ ничего не может с этим поделать. Денежная масса в экономике будет расти на сумму кредитов. А поскольку инфраструктурные проекты имеют долгосрочную отдачу, то деньги, вложенные на реализацию этих проектов будут давить на экономику, пока проект не начнет давать отдачу.

Второй важный орган, влияющий на совокупный объем денежной массы - министерство финансов, которое отвечает за формирование и выполнение параметров государственного бюджета, через который до 25% ВВП перераспределяется ежегодно. Если оно не сможет обеспечить запланированные параметры бюджета, то будет вынуждено заимствовать недостаток средств либо на внутреннем рынке (эмиссия денег, т.н. кредиты ЦБ, эмиссия гособлигаций под гарантию министерства финансов) либо на внешнем рынке – посредством выпуска международных облигаций (бондов) или прямым заимствованием у международных финансовых институтов, государств. Так, что заимствованный год назад 1 млрд. долларов США на международном рынке капитала и есть ни что иное, как вливание денег в совокупную денежную массу в Узбекистане.

Ответные действия Центрального банка
Поскольку ЦБ – единственный институт, который отвечает за стабильность цен, то он предпринимает те меры, которые он может и должен делать в рамках своих компетенций:
  • устанавливает ставку рефинансирования выше уровня инфляции;
  • следит, чтобы банки «не увлекались» кредитованием экономики всеми возможными и невозможными методами (бюрократизация процесса выдачи кредитов, пересмотр системы оценки залога, системы классификации кредитов, пересмотр резервных требований по депозитам в местной и иностранной валюте);
  • сопротивляется, по мере возможности, выдаче социально ориентированных кредитов под государственные программы по льготным процентным ставкам;
  • жестко наказывает коммерческие банки за малейший отход от установленных параметров соотношений активов и капитала, за нарушение процедуры выдачи и погашения кредитов, за ухудшение показателей ликвидности и т.д.;
В итоге, коммерческие банки, в большинстве своем, остаются без вины виноватыми. С одной стороны, областные, городские и районные хокимияты спускают банкам планы по освоению кредитных ресурсов по льготным процентам на социально-ориентированные государственные проекты («Обод махалла», «Обод қишлоқ», «Ҳар бир оила тадбиркор», «Тадбиркор ёшлар» и прочие). В ход идет вся сила административного ресурса – давление областных и местных хокимиятов, прокуратуры, органов внутренних дел, налоговых органов (так называемая «Четверка»). И, в итоге, банки вынуждают выдавать по льготным процентам кредиты лицам, которые не имеют ни опыта предпринимательства, ни желания быть таковым или ушлым предпринимателям, которые и не думают выполнять объемы строительных работ в нужном качестве и количестве. По оценкам экспертов разного уровня за последние 3 года в банки не вернулись основная сумма и проценты по выданным льготным кредитам в размере 7 трлн сумов (!).

Исходя из этого горького опыта, в Постановлении Президента от 30 декабря 2019 года «О мерах по обеспечению исполнения Закона Республики Узбекистан «О государственном бюджете Республики Узбекистан на 2020 год», вошло несколько важных моментов, касающихся именно ограничения совокупной денежной массы и ограничения практики льготного кредитования (пункт 3). Он предусматривает ограничение предельного размера дефицита государственного бюджета и иностранного заимствования. Кроме того, ЦБ добился, наконец, подписания Указа Президента Узбекистана «О совершенствовании денежно-кредитной политики с поэтапным переходом на режим инфляционного таргетирования» от 19 ноября 2019 года, согласно которому с 1 января 2020 года  процентные ставки по всем видам вновь выдаваемых кредитов в национальной валюте, в том числе выделяемых в рамках государственных программ, устанавливаются на уровне не ниже ставки рефинансирования Центрального банка (сейчас — 16%).

Чем это все обернулось?
Однако, все эти меры имели и оборотную сторону. В результате многолетней борьбы ЦБ по ограничению объема денежной массы:
  • коммерческие банки фактически прекратили выдавать кредиты своим клиентам, ограничив портфель достигнутым уровнем, т.е. сколько погашено кредитов, столько новых и выдано;
  • ставки по кредитам выросли настолько (23-28% годовых), что стали невыгодными и спрос на них резко упал;
  • повышение кредитных ставок логично привело к повышению ставок лизингового кредитования;
  • банки сократили свои кредитные портфели, потеряв, таким образом, огромные потенциальные прибыли за счет сужения объемов самых высокодоходных активов – кредитов;
  • в то же время многие государственные банки, которые первыми познали «прелести льготного кредитования» столкнулись с проблемами невозврата кредитов и, соответственно, ухудшения показателей ликвидности. Поэтому в последнее время участились новости о том, что государство «простило» тому или иному банку его долги, «влило» средства в уставные капиталы банков.
Это привело к существенному сокращению внутренних инвестиций, что практически остановило процесс технического перевооружения. Это видно из структуры импорта, где за год доля импорта машин и оборудования сократилась с 45% до 25%, а общий объем импорта машин и оборудования, вместе с технологическим сырьем и электрооборудованием, - с 83% до 72%.

Это колоссальные потери для народного хозяйства и эффективности экономики в целом. Если ЦБ и дальше будет предпринимать меры по сокращению инвестиционной активности субъектов предпринимательства путем ограничения выдачи кредитов и повышения ставок, то печальные последствия такого «таргетирования инфляции» отбросят уровень технологической оснащенности экономики Узбекистана лет на 10 лет назад.

В результате повышения налоговой нагрузки и роста цен, предприниматели лишились не только инвестиционного капитала, но и оборотных средств. Они сейчас нуждаются в относительно доступных финансовых ресурсах. Еще один такой год они не выдержат.

Что делать?
В первую очередь, снизить ставку рефинансирования Центрального банка и дать однозначный сигнал коммерческим банкам о либерализации кредитной политики и ограничений.

Во-вторых, найти ресурсы и по согласованию с Правительством списать коммерческим банкам безнадежные долги субъектов предпринимательства по кредитам, выданным под государственные социальные проекты. Коммерческие банки не должны страдать из-за необдуманных решений правительства, тем более, что у них есть и другие учредители, а также кредиторы в лице клиентов.

В-третьих, Центральному банку необходимо выделить долгосрочные кредиты коммерческим банкам (прежде всего государственным) на решение проблем с ликвидностью и на увеличение кредитного портфеля, повышение доходности портфеля активов.

В-четвертых, Министерству финансов пришла пора разработать и реализовать пакет программ прямой социальной помощи наиболее уязвимым слоям населения, поскольку отсутствие веры в реформы может подорвать любое движение вперед. В то же время надо, не на словах, а на деле добиваться целевой направленности расходов по показателям эффективности достижения определенных целей (как, например, снижения уровня заболеваемости, количество пациентов, излеченных от болезней с высокой смертностью, снижение показателей смертности в целом).

И, самое важное, необходимо скоординировать действия всех участников и действующих субъектов финансового рынка Узбекистана в вопросах обеспечения соответствия денежной массы уровню и темпам роста ВВП. Иного не дано, если правительство хочет проводить реформы, которые будут поддерживаться не только государственными институтами, но также бизнес-сообществом и гражданским обществом.

Абдулла Абдукадиров