Как отразятся на экономике Узбекистана последние изменения на мировых товарно-сырьевых и финансовых рынках. Это обсужали 9 марта 2020 года в Министерстве экономики и промышленности на совместном с Министерством финансов и Центральным банком заседание. Об этом на своей странице в Twitter сообщил Жамшид Кучкаров - заместитель премьер-министра Узбекистана - министр экономики и промышленности.  

Отрадно, что правительство оперативно реагирует на возникающие угрозы экономике страны, сообщает этом публично, поскольку «черный понедельник», вызванный обвалом цен на нефть серьезно сказался, в первую очередь, на валюте России, которая экономически и социально тесно связана с Узбекистаном.

Паника на рынках

По итогам торгов британский индекс FTSE 100 уменьшился на 7,69%, французский CAC 40 - на 8,39%, немецкий индекс DAX уменьшился на 7,94%, итальянский FTSE MIB - 11,17%.

Однако, особенно сильно пострадали российские компании: стоимость акций упали у X5 Retail Group -22,5%; ВТБ -17,2%; ГМК Норникель -6,7%; Газпром -20,4%; Газпромнефть -13,6%; Евраз -15,9%; Лента -7,7%; Лукойл -22,1%; ММК -7,3%; Магнит -19,9%; НЛМК -14,2%; Новатэк -22%; Роснефть -24,2%; Ростелеком -8%; Русагро -8%; Сбербанк -25,5%; Северсталь -15,4%; Сургутнефтегаз -21,6%; ТКС банк -27,8%; Татнефть -25,4%.

Торги на Нью-Йоркской бирже были приостановлены после 15 минут начала торгов. Однако, после возобновления торгов на Нью-Йоркской бирже котировки на фондовом рынке США сократили темпы падения, но снижение продолжается. Dow Jones упал еще 5,85% (установился на уровне 24 350,78 пункта), индекс S&P 500 - на 5,78% (находится на отметке 2800,71 пункта), индекс Nasdaq упал на 5,46% (до 8107,15 пункта).

Что говорят у нас

Итак, Жамшид Кучкаров отметил следующие моменты:

  • Влияние обвала цен и котировок на товарно-сырьевых рынках на экономику Узбекистана нейтральное. Падение цен на природный газ, девальвация валюты стран – торговых партнеров Узбекистана повлияет на снижение объемов экспортной выручки. Но, в то же время снижение цен на импортируемую нефть несколько компенсирует внешнеторговый баланс;
  • Цены на золото растут, что также компенсирует падение доходов от экспорта других товаров.
  • Тем не менее, многое зависит от того, насколько долго будет продолжаться падение цен и как долго цены будут находиться на таком низком уровне.
  • В целом, экономика Узбекистана имеет достаточную устойчивость, чтобы обеспечить выполнение запланированных параметров государственного бюджета.

Правительство создало специальную группу для выработки решений по минимизации происходящих негативных тенденций на макроэкономическую стабильность страны. Вопрос также будет обсужден на предстоящем саммите экономического совета стран СНГ 13 марта этого года в Москве.

Будем надеяться, что специально созданная межведомственная рабочая группа выработает свои рекомендации по минимизации негативного эффекта «черного понедельника». Однако, ситуация непростая: трудно точно определить какой из факторов или какая их комбинация скажется на перспективах развития конкретного товара. Как пишет мой знакомый из Нью-Йорка «непонятно, что влияет на рынок, вирус или Саудовская Аравия, или Россия, или США: очень высокая турбулентность».

О чем не говорят

Ещё до «черного понедельника» было понятно, что из-за теплой зимы все страны, а из-за коронавируса Китай и другие страны Юго-Восточной Азии существенно сократили объемы потребления газа. Подобная ситуация наблюдается давно и странно, что правительство занимало выжидательную позицию, ожидая, когда же грянет гром. Только теперь появляются робкие сообщения о том, что узбекские власти ведут переговоры с китайскими компаниями о сокращении объема экспорта в Китай природного газа.

Понятно, что в этой ситуации Россия не сможет с прибылью перепродать узбекский газ и она тоже откажется.

Однако, если внешний рынок существенно ограничен, то остается внутренний рынок, потребности которого не покрываются даже наполовину. Политика по принудительному переводу хозяйствующих субъектов с природного газа на уголь и другое доступное/недоступное горючее себя не оправдывала. А теперь она становится просто абсурдной.

Для Узтрансгаза было бы гораздо удобнее поставлять природный газ крупным оптовым предприятиям и не знать проблем с оплатой. Да и многие наши внутренние крупные потребители природного газа вели себя, как при социализме: они потребляли, сколько им было нужно, но не оплачивали в полном объеме.
 
Сейчас наступил очень удобный момент для пересмотра всей топливно-энергетической политики страны по добыче и использованию природного газа. Необходимо отдать приоритет удовлетворению потребностей внутреннего рынка, который даст прирост добавленной стоимости на потраченный газ в несколько раз больше, чем примитивный экспорт природного газа в соседние страны. Причем, речь идет не только о крупных промышленных предприятиях – потребителях газа, а на самом деле о предприятиях малого и среднего бизнеса, о домовладениях, которым газ нужен, чтобы не покидать дома, оставаться на своих родных местах, обрабатывать земли, на которых они родились.

В целом, по нашим оценкам объем экспорта в Российскую Федерацию сократится не менее, чем 1,1-1,2 млрд долларов, главным образом из-за отказа России от импорта узбекского газа, сокращения экспорта текстиля и сельскохозяйственной продукции. При этом объем импорта может сократиться на больший объем. Здесь скажется, в основном, снижение темпов импорта машин и сырьевых ресурсов из Китая, а также повышение ставок кредитования коммерческими банками субъектов предпринимательства под давлением Центрального банка страны - до 28% годовых.

Не могу разделять оптимизм Кучкарова, поскольку для нашей газовой отрасли, а также для предприятий производства и экспорта цветных металлов, предприятий агропромышленного комплекса, ориентированных на Россию, наступили непростые времена. Программу срочных спасительных мер необходимо выработать по каждой отрасли, включая меры по активизации инвестиций на основе единовременных государственных программ.

О существенной социальной проблеме, связанной с резким падением поступлений от мигрантов Жамшид Кучкаров, почему-то, умолчал. Имеется исследование Всемирного Банка, показывающее четкую обратную зависимость размеров переводов денег из России от обменного курса рубля. В относительно стабильные годы обменного курса с 2010 по 2014 годы объем переводов денег вырос практически в 2 раза. И, наоборот, в годы турбулентности и падения обменного курса рубля с 2015 по 2017 эти объемы упали до рекордно низких показателей (31 млрд долларов США в 2016 году).
 

Если исходить из выявленной в этом графике обратной зависимости двух показателей (обменный курс и размере переводов), то можно предположить, что в 2020 году объемы переводов в Узбекистан сократятся на 0,8-0,9 млрд долларов США, хотя пик переводов приходится традиционно на первый квартал года. А это может стать ощутимым ударом по программе снижения уровня бедности, которая только-только стартовала в стране.

Кроме того, можно предположить, что, если ситуация не стабилизируется в ближайшее время, то 0,7-0,8 млн мигрантов из Узбекистана вернутся на Родину и их нужно будет обеспечить работой.

Так что экономику Узбекистана ждут непростые испытания, которые могут, в конечном счете, сказаться и на выполнении социальных обязательств государственного бюджета.
 
Абдулла Абдукадыров, колумнист,
экономический обозреватель Anhor.uz