На этой неделе у всех нас, кто чтит память предков, есть повод склонить головы перед подвигами воинов-узбеков на фронтах Первой мировой войны. Ровно сто лет назад 15 сентября 1914 года солдаты 1-го Туркестанского корпуса (сформирован из добровольцев в Туркестане, штаб в Ташкенте) участвовали в своем первом сражении - стали  заслоном перед ударом вдвое превосходящих сил германского лендвера в районе стратегической  русской крепости Осовец (территория современной Польши). Оборона этой крепости – одна из самых трагических страниц в истории всех войн (найдите в военной литературе «Атака мертвецов»).  Еще через год в эти же дни Текинский кавалерийский полк (добровольцы-хивинцы и жители территории по обе стороны нынешней узбекско-туркменской границы) стремительной атакой смял  целую германскую дивизию, в составе которой был не знавший поражений Королевский Шведский полк. Вот как описывал эту атаку писатель Н. Брешко-Брешковский: «Хивинцы русского языка не знают, потому кричать «Ура!» во время атаки им не с руки. Очень короткая молитва. Сверкает шашка командира и сначала медленно, затем неукротимо наращивая бег коней, лава всадников несется в сторону германских позиций. Молча.  Только топот копыт и свист выхваченных из ножен сабель. И это страшно…»
 
…Есть большая ложь о той войне. Сначала её всячески замалчивали коммунисты. У них был повод – именно на фронтах Первой мировой прославились  Л. Корнилов, Н. Юденич, А. Колчак и другие блестящие военачальники, которые не изменили присяге и воевали потом против красных. Сегодня, по причине, мне неведомой, и нынешние историки избегают говорить о тех  героических годах. Им то какой резон сводить счеты с уже ушедшей в историю Империей? (Как то я уже сказал, что не вижу ничего плохого в этом названии  государства. Это была наша общая страна, раскинувшаяся на полсвета, и жили в ней  удобно и спокойно узбеки и русские, литовцы и украинцы, казахи и финны… ) Ну да ладно… Сейчас разговор об исторической памяти…
 
(Далее в тексте, если не обозначено особо, цифры и факты: Международная военно-историческая ассоциация, Российский государственный военно-исторический архив, «Washington Post», «Туркестанские ведомости», «Ойна», «Вакт», Н. Брешко-Брешковский «Дикая дивизия»).
 
Готовя этот текст, я беседовал с  нашим  историком. Который изучал историю сначала по советским учебникам, а сейчас и сам их пишет. В разговоре слова «колония», «колониальный гнет» были основными. Впечатление: подобного рода историки освободились  не столько от «советских идеологических оков», сколько от здравого смысла. И потому, прежде чем сказать, почему узбекские мужчины шли добровольцами на фронт, давайте вспомним о том, что им, вообще то, было что защищать.
 
Туркестанский край никогда не имел какого то «колониального» статуса. Сыр-Дарьинская, Ферганская, Самаркандская, Закаспийская и Семиреченская губернии входили в Туркестанское  генерал-губернаторство, жители которого имели ровно те же права, что и,  скажем, жители Иркутского или Приамурского генерал-губернаторства. Более того, учитывая ментальность и религию населения, самоуправления здесь было больше, чем в центральных губерниях. В «Положении об управлении Туркестанским краем»  заложены, в частности, такие нормы: ст.67 – «в городах устанавливается упрощенное общественное управление в лице избранного старосты», ст.71 – «заведывание частями города возлагается на аксакалов по выбору домовладельцев. Высшая политическая власть в городе (полиция и пр.) принадлежит старшему аксакалу из числа местных жителей», и т.д.  Администрация генерал-губернатора занималась строительством, инфраструктурой, геологией, медициной, образованием и не морочила себе голову другими проблемами.
 
За 50 лет после вхождения Туркестана в состав Империи страна вложила в местную инфраструктуру 150 млн. рублей (по нынешним ценам это 10 годовых ВВП Америки), да еще 164 млн. рублей только в железные дороги. В тот год, что в Европе появились первые паровые экскаваторы, они уже копали каналы в Голодной степи… В 1913 году в Туркестане было 6032 «мактаба» из 9723 во всей стране, 445 медресе из 1064.
 Ежегодные дотации в Туркестан составляли 3 – 5  млн. рублей. А первая прибыль в общую государственную казну  из Туркестана поступила только в 1909 году – 1 млн. рублей, так что о «нещадной эксплуатации» речь вроде бы не шла… 
 
Жители Туркестана – единственные из всего населения Империи - даже во время войны не платили военный налог (начали платить только в 1915 году).  За годы войны совокупные выплаты крестьянам России составили 2,5 млрд. рублей ( $ 1 триллион по сегодняшнему курсу). 11% от этой колоссальной суммы получили туркестанские дехкане. Цифры будут более значимыми, если вспомнить: населения в границах нынешнего Узбекистана тогда было всего 4,3 млн. человек.
 
Потому, когда с августа 1910 года в Туркестан под видом паломников прибывают турецкие агенты  (Турция – союзница Германии, и у нее на Туркестан свои планы: «Туркестан под властью Османской империи будет жить по предписанным свыше законам, и это хорошо!»), их аккуратно сдают  властям  сами дехкане. С 1914 года попытки организовать «пятую колонну» усилились: в разгар войны, летом 1916 года, в Ходженте и Джизаке начались волнения. Сыщики Охранного отделения (по их докладам – «при активном содействии благонамеренных дехкан») довольно быстро вышли на руководителей - это  один немец, два других европейца, два турка и шесть китайцев. Государственная Дума (парламент) и не подумала события замалчивать: в Туркестан срочно прибыли глава Мусульманской фракции Госдумы К.-М. Тевкелев и глава Трудовой фракции А.Керенский. По их докладу Госдума приняла несколько решений. Была подтверждена «недемобилизация» местного населения на фронт, а только на тыловые работы (вспомним, что классические колониальные державы Англия и Франция вовсе не стеснялись отправлять на фронт сикхов, сенегальских стрелков и др.). Каждого отправлявшегося на тыловые работы утверждала махалля, он был на полном гособеспечении, а семья получала его зарплату (сравним положение сегодняшних гастарбайтеров?) В результате только за 3 дня в Черняевском уезде Сыр-Дарьинской губернии записалось 10 тыс. человек… 
 
…Итак, война. В первый же день генерал-губернатор края генерал А. Самсонов отбывает на Западный фронт – теперь он командующий Второй армией. Вместе со своим генералом на фронт отправились  офицеры его команды, среди них трое узбеков. В  день, что объявлена война, хивинский хан генерал-майор  Сеид Асфандияр-Багадур объявляет в Хорезме мобилизацию и вечером шлет в Петербург  срочную телеграмму: выставляет против германцев 40 тысяч конников. Царь с благодарностью это предложение отклонил, но не стал возражать против добровольцев – это стало началом героической истории Текинского полка. Эмир Бухарский генерал-майор свиты Его Величества Саид Мухаммед Алимхан объявил своим подданным, что каждый, кто пойдет на фронт,  получит его благосклонность, а его семья – денежное вознаграждение. Все члены правящих династий Бухары и Хивы  - офицеры русской армии, и  они сразу же  оправляются в свои полки.  Газеты пишут, как «весело в железнодорожных вагонах, когда после разлуки  встречаются молодые друзья-офицеры хивинцы, кокандцы, бухарцы. У всех одна мысль –«надрать кайзеру Вильгельму з….!».  Мобилизации в солдаты так и не было, но добровольцев   оказалось так много, что пришлось по каждому выносить специальное решение… Архивы свидетельствуют: в армии было до 1,5 млн. солдат «тюркской национальности».
 
 
…Офицеров-мусульман было 269 человек, генералов – 13. Кажется, немного, но почти каждый из них покрыл себя славой. Внук Кокандского хана поручик 1-го Туркестанского артдивизиона Худоярхан Азаматбек получил Золотое Георгиевское оружие – его батарея, оставшись без прикрытия, в течение дня отбивала атаки неприятеля. Когда кончились снаряды, раненый поручик поднял оставшихся солдат в последнюю штыковую атаку,  зарубил шашкой несколько гренадер.  Худоярхана спасла атака подоспевшей пехоты. Он впоследствии  был командиром 3-го батальона 1-го Туркестанского корпуса в звании капитана. (У меня в блокноте выписки из архивов по крайней мере о десяти подвигах офицеров-узбеков).


 
 А закончу я вновь эпизодом из славной истории Текинского кавалерийского полка. После Февральской революции в полк прибыл представитель Временного правительства с целью принять у солдат присягу новой власти. Кавалеристы в строю. Перед строем – знамя полка. И тут представитель видит на знамени императорский вензель: «Снять!» Я, как понимаете, там не был, но вот в архиве остались слова командира полка полковника Н. Клюгельгена. Он говорил так, чтобы поняли солдаты, и в вежливом переводе с узбекского слова звучат  так: «Этот вензель дарован Государем императором мне и моим солдатам за кровь, пролитую во имя Отечества. И не тебе, собака, его снимать…»  Полк присягать не стал. Текинцы потом пробивались на юг России к белым, в январе 1918 года в Киеве были интернированы, какая то часть добралась, очевидно, до дома, до Туркестана. Но 40 солдат и офицеров оказались все таки в  Добровольческой белой армии.  Трое из них были личной охраной генерала Л. Корнилова (выходец из Туркестанской артиллерийской бригады)  и погибли вместе с ним.
 
Мы должны, обязаны продолжить эту тему. Впереди – разговор о походах 1-го и 2-го Туркестанских корпусов на Западных и на Кавказском фронтах, о том, как солдаты-узбеки сражались на Босфоре, в Месопотамии и едва не взяли Багдад (помешали политики), об их верности присяге и боевому братству.
 
До встречи здесь же,

Юрий Черногаев.

На фото:
Военый оркестр Эмира Бухарского в первые годы Первой мировой войны;
Солдат-туркестанец;
Мулла беседует с солдатами перед присягой.
http://www.e-reading.me/bookreader.php/29534/Kornish_-_Russkaya_armiya_1914-1918_gg..html 

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции