Любое изменение, вносимое в Конституцию относится к разряду особо важных для жизни общества и государства, поскольку Конституция – основной закон страны и от нее берут начало все законы и решения. 11 апреля сенаторы внесли ряд изменений, однако не все из них бесспорны с точки зрения эффективности.
 
Согласно Конституции в Узбекистане действует разделение властей на законодательную, исполнительную и судебную. Законодательную ветвь власти еще называют представительной. Олий Мажлис является высшим органом представительной власти. Поскольку Конституцией он наделен правом издавать законы он также является и высшим органом законодательной власти. Все три ветви власти самостоятельны и независимы друг от друга, действуют в своих сферах. Это позволяет создать некую систему взаимных сдержек и противовесов, взаимного контроля и надзора.
 
Сенат дополнил статью 103 Конституции нормой, согласно которой  в обязанности хокимов областей, районов и городов входит представление соответствующему Кенгашу народных депутатов отчетов по важнейшим и актуальным вопросам социально-экономического развития вверенной ему территории. Кенгаш народных депутатов обязан, в свою очередь, оценить отчет и принять решение.
Однако сама по себе эта норма не внесет ощутимых изменений.  И вот почему.
 
Подобная норма была и ранее закреплена в Законе «О государственной власти на местах» и общим принципом подотчетности исполнительных органов власти перед представительными. Именно согласно этой норме Олий Мажлис заслушивает итоги деятельности Кабинета Министров и утверждает премьер-министра. Статья 98 Конституции гласит что Кабинет Министров в своей деятельности ответственен перед Президентом и Олий Мажлисом.  Точно также Закон «О государственной власти на местах»  устанавливает, что хоким области подотчетен Президенту и областному Кенгашу, соответственно хоким района подотчетен хокиму области и соответствующему Кенгашу. Поэтому отчеты хокимов перед Кенгашами народных депутатов тоже практиковались с тех пор как были образованы Кенгаши.
 
Принципиальное значение имеет то, что согласно статье 99 Конституции, Кенгаши народных депутатов, возглавляют хокимы. Статья 102 Конституции гласит, что представительную и исполнительную власть на соответствующей территории возглавляет хоким области, района и города. Таким образом принцип разделения властей, существующий на уровне республики здесь представлен в усеченном виде.
 
Хоким, одновременно возглавляет и исполнительную и представительную власть, а это противоречит принципу персонального разделения властей. В итоге он отчитывается перед Кенгашем, который сам и возглавляет. Это усечение усиливается тем фактом, что обычно большинство депутатов это руководители районных управлений и комитетов по должности подчиненные хокиму. Власть хокима усилена далее нормой статьи 104, согласно которой решения хокима в пределах его полномочий обязательны для исполнения всеми предприятиями, учреждениями, организациями, объединениями, а также должностными лицами и гражданами на соответствующей территории.
 
Поэтому нетрудно предположить, что отчет всегда будет принят благосклонно и поддержан практически единогласно. Практика Узбекистана не помнит случая, когда хоким по результатам отчета был освобожден от работы или хотя бы получил неудовлетворительную оценку либо предупреждение от депутатов Кенгаша.
 
Вспомним хотя бы недавнее незаконное решение хокима города Ташкента о сносе гаражей, которое весьма ретиво исполнялось вопреки возмущению их законных владельцев. Примечательно, что решение на местах было поддержано правоприменительными органами. И только год (!) спустя Генеральная прокуратура отменила это решение как нарушающее права граждан. Никто не вспомнил ни о компенсациях, даже никто не извинился. В течение года, когда возмущенные владельцы гаражей пытались защитить свои права их никто и слушать не желал, а депутаты только разводили руками. Ни один Кенгаш не потребовал рассмотреть вопрос о законности этого решения. Не зафиксировано ни одного требования или хотя бы «нижайшей просьбы» рассмотреть этот вопрос на сессии Ташкентского или какого-либо районного Кенгаша народных депутатов.
 
Возможно, если бы принцип персонального разделения властей был бы доведен до уровня области, города, района  хокимы более ответственно относились бы к принятию решений, а Кенгаш стал бы более дееспособным.
 
Еще одно необходимое условие - чтобы Кенгаш возглавила персона в достаточной мере независимая от хокима в служебном и житейском планах. Вопрос о том кто бы это мог быть - достаточно сложный, и потому достойный, чтобы именно над ним и подобными сложными вопросами думали сенаторы и депутаты, перед тем как единогласно голосовать за поправки, которые сути дела не меняют.
 
Cтатья 32 Конституции определяет, что граждане Узбекистана имеют право участвовать в управлении делами общества и государства посредством самоуправления, проведения референдумов и демократического формирования государственных органов. По итогам четырнадцатого пленарного заседания Сената Олий Мажлиса данная статья пополнилась нормой, что это право реализуется также путем развития и совершенствования общественного контроля за деятельностью государственных органов.
 
Согласно Конституции и общепринятых принципов правового демократического государства, главный народный контроль предполагается со стороны депутатов.
Но, судя по принятым решениям, вероятно они с этой важной функцией не справляются.   Иначе не было бы разгромных сессий областных советов, когда Президент сетует на самоуправство и прочие видные невооруженным глазом недостатки в работе областного хокима. Практика показывает, что после публичной критики со стороны Президента, хокима увольняют.
 
«А где были депутаты?», - иногда спрашивает Президент. И даже когда этот вопрос не озвучивается, он все равно висит в воздухе. Риторика. Хотя ответ очевиден – никто в здравом уме не пойдет против хокима, ибо власть его поистине огромна. Поэтому дополнительные меры народного контроля – это хорошо, но необходимо, чтобы они были реально исполнимы. И тогда, возможно, несколько поубавится работы у прокуратуры всех ступеней.
 
Так что пока ничего нового: законы хорошие, исполнение – никакое. Нет пока у Кенгаша реальных сил, чтобы заставить их исполнять кого бы то ни было и, в первую очередь самого хокима. Как показывает практика, если бы депутаты или председатель Кенгаша могли бы, когда нужно остановить хокима, одернуть его,  возможно успехов было бы намного больше.
 
Возможно внедрение принципа персонального разделения властей, примененное сверху донизу могло бы стать маленьким, но реальным шагом вперед. При условии, чтобы главой местного представительного органа власти станет человек реально независимый от хокима.  Пока  поправить хокима или отменить его решение может только прокуратура.

Румия Анварова
Фото: http://fotki.yandex.ru/users/mir-tash/