В результате обрушения дамбы на Сардобинском водохранилище в Сырдарьинской области пострадали, по разным оценкам, более 75 тыс. человек, повреждены здания, дороги и коммуникации. Населенным пунктам, фермерским хозяйствам, животноводству в Сардобинском, Акалтынском и Мирзаабадском районах нанесен колоссальный ущерб. В интервью Anhor.uz координатор программы экологизации промышленности Центра охраны дикой природы, эксперт общественного совета при Министерстве природных ресурсов и экологии РФ Игорь Шкрадюк прокомментировал, что могло разрушить плотину и что нужно сделать, чтобы в дальнейшем избежать таких аварий. 
 
- Сейчас идет много споров о причинах аварии. В официальных СМИ говорится о природной стихии, но некоторые эксперты считают, что прорыв дамбы носит техногенный характер, виноват человеческий фактор. На ваш взгляд, какова причина этой катастрофы?
 
- Большинство гидросооружений проектируются и строятся на основе данных о водности, полученных в результате многолетних метеорологических и гидрологических наблюдений. Проблема в том, что страны СНГ до сих пор используют расчеты, сделанные в советские годы. После развала Союза произошли большие изменения, как в техническом прогрессе, так и климатических изменениях. Сегодня мы становимся свидетелями резкого увеличения частоты чрезвычайных природных явлений – засухи, наводнения, землетрясения, бури и ураганы случаются чаще, чем раньше. При этом растет их разрушительная сила. Поэтому расчеты, основанные на советских гидрологических данных, давно устарели и требуют пересмотра.
 
Узбекистан, наряду с другими странами СНГ, должен сделать масштабное исследование на предмет возможных рисков переполнения и разрушения всех гидросооружений страны. Если говорить конкретно про Сардобинское водохранилище, то похоже, что проектировщики допустили ошибки при расчетах, либо строители не следовали технологии возведения подобных сооружений. Плотина была не готова к сильным осадкам, и объем воды в водохранилище превысил расчетные показатели, а сильный ветер усугубил положение - пригнал воду в одну сторону плотины, что в итоге привело к ее разрушению.
 
На территории Узбекистана много плотин, которым 30-70 лет. Влияет ли возраст плотины на ее технические характеристики?

- ГЭС строятся на несколько поколений, но, тем не менее, возраст плотины влияет на ее состояние. Основная причина - геологические изменения. В частности, землетрясения, подземные движения вод и их размывы, обильные осадки в грунтах, когда часть участка проваливается, имеют разрушительную силу для плотин. Кроме того, мы знаем, что бетон со временем только набирает прочность, но соль в бетоне может вызвать расслоение, а влага - ржавчину стальной арматуры. В результате, это может привести к отслоению арматуры от бетонной конструкции. Например, около 10 лет назад российские ученые обнаружили коррозию стальной арматуры и трещины в бетоне в Рыбинском гидроузле, возраст которого составляет около 80 лет. Чтобы не допустить катастрофу, была проведена масштабная реконструкция плотины и шлюза. 
 
- Существует ли оборудование, предсказывающее появление угрозы целостности сооружения? И что необходимо сделать для того, чтобы пролонгировать эксплуатацию водохранилищ?

- Во всех крупных гидроэлектростанциях имеется штольня, то есть подземный коридор, оснащенный огромным количеством приборов, следящих за землетрясениями, влажностью и протечкой воды. Автоматизированная система контроля состояния плотины дает точные показатели, даже если плотина была смещена на миллиметр. В небольших земляных плотинах тоже обычно делают оборудованные приборами скважины, и специалисты отслеживают малейшие изменения состояния плотин.
 
В 2009 году на Саяно-Шушенской ГЭС произошла техногенная авария и тогда из строя вышли все 10 гидротурбин, три из них были разрушены полностью. Срок службы большинства гидроагрегатов составлял около 30 лет, что для такого типа оборудования – период небольшой. Этот случай еще раз показал, что следует регулярно проверять исправность системы мониторинга, чтобы проверить насколько точно работают приборы. Поэтому Узбекистану следует проверить в старых водохранилищах работоспособность всех приборов и правила обработки их показаний, чтобы убедиться в их точности. Это масштабная работа, требующая высокой квалификации и безусловной порядочности.
 
Что касается современных плотин, то они также требуют серьезного изучения. Монополизм и коррупция при получении подрядов при строительстве гидростанций актуальная для Узбекистана проблема. Недобросовестные подрядчики могут сэкономить, например, на дорогих кабелях, которые соединяют сотни датчиков. Поэтому очень важно помимо проектирования и строительства плотин, держать под серьезным контролем и системы наблюдения за безопасностью водохранилищ.
 
- Водные сооружения оказывают свое воздействие не только на одну страну. В случае с прорывом Сардобинской дамбы пострадали и селения Казахстана. Существует ли практика контроля целостности сооружения всеми сторонами, на которых может повлиять целостность сооружения?

- В 1991 году в городе Эспо (Финляндия) была принята Конвенция об оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте Европейской экономической комиссии ООН. В Конвенции Эспо состоят около 50 стран (Узбекистан не является членом Конвенции Эспо. Из пяти стран ЦА лишь Казахстан и Кыргызстан являются сторонами Конвенции – авт.). Согласно этому документу, любой проект, который может влиять на соседнее государство, требует оценки всех сторон. Обычно страны создают комиссию или рабочую группу, которая проводит экспертизу проекта. В случае с Узбекистаном не исключено, что у правительства будут непростые переговоры с Казахстаном на предмет компенсации.
 
Тем не менее, в будущем всем странам Центральной Азии придется между собой договориться, так как вероятность катастрофических наводнений может расти, поскольку таяние ледников в горах только усиливается, да и сильные осадки случаются чаще. Центральной Азии понадобится принять меры для предотвращения наводнений и устранения их последствий. Это очень непростая задача как с научной и гуманитарной, так и экономической и политической точки зрения. Но если ее не решить сейчас, то в будущем ущерб будет еще больше для всех участников.
 
- Недалеко от Сардобинской плотины был построен новый поселок. Риск для жителей был очевиден. Можно ли так близко строить населенные пункты?
 
-  Конечно, нет. Вероятно, это было сделано потому, что в Сырдарьинской области плотность населения достаточно высокая, земли мало, при этом большая ее часть используется для сельскохозяйственных нужд. Большинство крестьян плохо себе представляют возможные риски. Уверен, что никто из тех, кто вынужден был покинуть свои дома в Сырдарьинской области, не догадывался, какое количество воды хранится в водохранилище, как далеко вода может разойтись при прорыве и т.д. Людей не информировали, как действовать при аварии, куда бежать и что делать, чтобы спасти свою жизнь. В этом плане однозначно, что государство плохо подготовилось к строительству и запуску плотины. 
 
Вообще, согласно Орхусской Конвенции ООН «О доступе к информацииучастию общественности в принятии решений и доступе к правосудию по вопросам, касающимся окружающей среды» (Узбекистан не является Стороной этой Конвенции – авт.), правительство обязано информировать жителей при запуске проектов, влияющих на их интересы и безопасность. Однако, зачастую ГЭС - это те объекты, когда вершки достаются одним, а корешки – другим. То есть преимущества одним, а недостатки и угрозы, как правило, рядовым гражданам. В СНГ вода из водохранилищ для орошения земли часто достается не тем, кому потенциальная авария угрожает.
 
- Строительство Сардобинского водохранилища велось с 2010 по 2017 годы, но объект до сих пор не был сдан в эксплуатацию. Бытует мнение, что официально плотина не была запущена из-за того, что не была установлена система мониторинга фильтрации. Возможно ли это?
 
- Это вполне возможно. Дело в том, что данную систему устанавливают в последнюю очередь, когда все ремонтно-строительные работы на плотине завершены. Смею предположить, что установку мониторинга фильтрации оттягивали потому, что были сильные недостатки при строительстве дамбы, и система могла показать все просчеты. 
 
- Ташкент находится в 100 км от Чарвакского водохранилища. В случае разрушения плотины, Ташкент останется под водой?
 
- Волна прорыва дойдет до Ташкента, но столицу не затопит, на это воды не хватит. Разрушения будут значительными только в том случае, если будут разрушены последовательно три плотины – на Чарвакском, Газалкентском и Ходжикентском водохранилищах.
 
Элина Рустамова