10 сентября 2020 года Центральный банк (ЦБ) Республики Узбекистан второй раз за текущий год снизил основную ставку (рефинансирования) с 15% годовых до 14% годовых. ЦБ объясняет логику своего решения замедлением темпов инфляции, однако, робко заметив что необходимо соблюсти баланс «между целью по инфляции и поддержанием экономической активности». Именно это замечание принципиально важно, поскольку ЦБ впервые за долгие годы, наконец-то, упомянул важность поддержания экономической активности, хотя открыто и не признал безальтернативность такого шага.
 
В чем все же проблема
 
Дело в том, что даже 14 процентный уровень ставки рефинансирования не способствует росту инвестиционной активности в экономике, поскольку банки автоматически добавляют «свою маржу» на уровне 5-6% при рассмотрении вопросов кредитования клиентов. К этому необходимо прибавить разовые комиссии и расходы, связанные с получением кредита, которые составляют 3-4% от суммы кредитования. То есть, получая кредит в банке, даже при этих условиях, клиент платит де-факто 23-24% годовых в первый год и 20-21% годовых в остальные годы.
 
Исходя из опыта предпринимательской деятельности, можно утверждать, что при уровне среднеотраслевой рентабельности отраслей народного хозяйства менее 10% брать такие кредиты, даже при возможности довести оборачиваемость финансовых средств до 3 раз в год, - весьма рискованное занятие. Именно поэтому только за первый квартал 2020 года инвестиции в основной капитал снизились на 10,5% и продолжают снижаться по сей день.
 
С другой стороны, при уровне фактической годовой инфляции за 8 месяцев 2020 года равном 12,2%, уровень ставки рефинансирования в 14% дает положительный баланс в 1,8%. Однако, обращать внимание и ссылаться на этот факт имеет смысл только тогда, когда ставки межбанковского кредитования очень близки к ставке рефинансирования и отличаются лишь на несколько базисных (не процентных) пунктов, то есть на сотые доли процента. Однако, на практике ставки кредитования банков установились с применением маржи не менее 2-3% и составляют 17-18% годовых.
 
Решение ЦБ о втором за год снижении ставки рефинансирования дало мощный импульс коммерческим банкам пересмотреть депозитные ставки, которые упали на 2-3% годовых и фактически составляют 17-18% годовых, по сравнению с 20-24% годовых в начале года. Как результат процентные ставки по кредитам в национальной валюте снизились до 20,6 %. При этом процентные ставки по кредитам хозяйствующим субъектам снизились с 24,3% в начале года до 19,5%, а по кредитам населению с 28,1% до 22,3%». Однако, это «палка о двух концах»: банки добиваясь сокращения депозитных ставок, сокращения собственных процентных расходов, рискуют существенно снизить интерес вкладчиков хранить деньги на депозитах. Если вкладчики массово начнут изымать свои деньги из банков и искать альтернативные способы умножения капитала, то у банков могут возникнуть проблемы с ликвидностью.
 
Остается надежда, что ЦБ все же осуществит свой прогноз и вновь пересмотрит ставку рефинансирования в сторону понижения на очередном заседании Правления ЦБ 22 октября 2020 года «при устойчивом снижении инфляционных ожиданий и сохранении макроэкономической стабильности», как сказано в обзоре.
 
Инфляция и потребительские цены
 
Как заметил председатель ЦБ Узбекистана «Не было бы счастья, да несчастье помогло», имея в виду влияние пандемии коронавируса на уровень инфляции, снижение доходов населения, что существенно снизило потребительский спрос и соответственно не позволило ценам расти так, как это ожидалось при таких темпах роста внешнего заимствования. В январе-августе 2020 года годовой уровень инфляции снизился до 11,6% с 15,2% в конце 2019 года. Однако, в отличие от соседних стран, в Узбекистане именно рост цен на продовольственные товары (16,8% по итогам 8-ми месяцев 2020 года) составляет основу индикатора инфляции (т.н. основной триггер). Решение президента о замораживании роста цен на энергоносители, об отсрочке платежей по аренде, а также льготы по налогам на доходы арендодателей привели к тому, что в структуре годовой инфляции рост цен на непродовольственные товары - 8% и на услуги - 7,5% оказали «понижающее влияние на общую инфляцию».
 
Также очевидная проблема в том, что разрыв между инфляционными ожиданиями населения и предпринимателей и фактическим уровнем инфляции «остается существенным, начиная с марта текущего года».
 
Что это значит
 
Это означает, что предприниматели понимают, что через 3 месяца срок действия всех предоставленных налоговых льгот закончится и может наступить коллапс платежей и неисполнения финансовых обязательств по всей цепочке, потому что с 15 августа 2020 года, когда карантинные меры были существенно смягчены, малый и средний бизнес еще не восстановился, не добился показателей выручки, сопоставимой с показателями 2019 года.
 
Срок действия объявленных «кредитных каникул» кончится 1 октября, а далее каждый банк в индивидуальном порядке будет решать, предоставить ли своим клиентам реструктуризацию кредита еще раз или потребовать уплату процентов и основной суммы. А это уже совершенно другой сценарий взаимоотношений в бизнесе. Если банк не будет испытывать доверия к своему клиенту или будет под сильным давлением нехватки ресурсов, минимальной ликвидности, то проблемы возврата кредитов станут во весь рост уже в октябре 2020 года, со всеми прелестями конфискации оборотных средств, ареста залогового имущества, судебных разбирательств…

Уже есть явные признаки, что в конце сентября, в связи с повышением пенсий и пособий, произойдет резкий рост цен на ключевые продовольственные товары. Например, с 26 сентября до вечера 27 сентября, т.е. за сутки цена за килограмм сахара с 5800-6500 сумов повысилась до 8000 сумов. Стоимость муки отдельных сортов поднялась до 8800 сумов. Растительное масло, стоившее около 14000 за литр, продавалось по 17000-18000, стоившее 11000 – по 14 500 сумов. Яйца подорожали до 1300 сумов за штуку.
 
Ожидается ли быстрое восстановление экономики
 
Сам ЦБ изменил свой первоначальный прогноз о V-образном (быстром) восстановлении экономики на более пессимистичный U-образный темп восстановления (более растянутый во времени и в масштабах). И связывает это с низкими доходами населения и более осторожным поведением «экономических агентов при принятии решений». На этом фоне вызывает недоумение, что именно ЦБ был первым, кто был против мер прямого материального стимулирования населения во время двух карантинов.

Также вызывает удивление, что заместитель премьер-министра Республики Узбекистан Жамшид Кучкаров продолжает отстаивать свою позицию, что проблему бедных нельзя решить простой раздачей денег, однако, при этом не предлагает альтернативных решений.
 
А пока можно констатировать, что несмотря на огромные средства, направленные на поддержание строительства, рост объемов строительных работ замедлился в июле-августе до 105,7% по сравнению с 107,3% в январе-июне. В целом, о снижении делового потенциала страны говорит снижение суммарного количества «всех транзакций через банковскую платежную систему в июле и августе …на 8% и 9% относительно июня» 2020 года.
 
Хотя ЦБ наблюдал рост объемов поступлений денежной выручки в сфере торговли и платных услуг после их снижения в июле на 11,9% по сравнению с июнем (с 12,6 трлн. сумов до 11,1 трлн. сумов), не стоит забывать, что уровень инфляции по продовольственным товарам составил 16,8% годовых, что нивелирует полностью рост абсолютных показателей.
 
Заключая комментарии к обзору ЦБ о состоянии экономики в связи с решением о понижении ставки рефинансирования, хотелось отметить следующее:
 
  • ЦБ все еще видит своей первостепенной задачей дальнейшее сокращение уровня инфляции через поддержание высоких кредитных ставок, сокращение потребительского спроса и снижение объема денежной массы, лимитирование свободных денежных средств банков, которые могут быть использованы как источник кредитования хозяйствующих субъектов. Для предпринимателей это означает дальнейшее снижение экономической активности, снижение выручки и рентабельности, особенно, в начале 2021 года;
  • Ни у кого из центральных органов управления экономикой не видно стремления разработать целостную программу оживления экономики. А значит начало 2021 года будем весьма тяжелым в экономическом плане для всех субъектов предпринимательства;
  • Судя по заявлениям министерства экономического развития и сокращения бедности правительство пытается решить проблему бедности без прямой материальной поддержки бедных, возможно путем создания новых рабочих мест, предложив программу обучения людей. Хотелось бы напомнить, что подобная стратегия применялась и прежде, и то, что она кончилась полным провалом известно всем.
 
На фоне таких событий населению не остается ничего иного, как любыми способами создавать собственные резервы выживания, памятуя, что «спасение утопающих – дело рук самих утопающих».
 
Абдулла Абдукадиров,
Экономический обозреватель Anhor.uz

Фото на главной: Рене Мальтет