За последние два-три года в отечественных СМИ и соцсетях появилось множество медиа-экспертов, которые берутся комментировать, давать оценки и прогнозы на все, что происходит в стране и за рубежом. Мало кто догадывается, что это псевдо-эксперты. Между тем, в информационном пространстве узбекского сегмента все меньше остается профессионалов. На их место массово приходят дилетанты, способные бойко говорить и удерживать внимание аудитории.

В интервью UzJournal директор Центра исследовательских инициатив «Ma'no» Бахтиёр Эргашев рассказал, кто эти люди, чем опасна растущая в бешенных темпах популяция «народных аналитиков» и почему СМИ и граждане не желают разбираться в спектаклях, которые разыгрывают «диванные теоретики» в медиа и соцсетях.

- Раньше журналистам Узбекистана приходилось из кожи вон лезть, чтобы получить экспертное мнение. Сегодня такой проблемы нет. У каждого работника СМИ есть внушительный список лиц, которые берутся за все – неважно речь идет о новых открытиях в квантовой физике или изменениях в региональной геополитике. В чем причина резкого роста числа «знатоков»?

- Причина самая банальная – свободы стало больше. Раньше эта проблема не бросалась в глаза не потому, что таких горе-специалистов в стране не было. Они всегда были, другое дело, что не смели так активно высказываться (зачастую перевирать) о текущих процессах в стране, как сейчас. После либерализации в СМИ, политической системы люди получили возможность участвовать в обсуждениях и высказывать свое мнение. На самом деле, это положительный процесс. Не считаться с населением – противозаконно. Но как мы знаем, у медали две стороны.

Все бы ничего, если бы некомпетентные лица не имели возможности публично высказываться и влиять на общественные настроения. Дело в том, что работа псевдо-экспертов сосредоточена в основном в виртуальном пространстве, где большинство из них имеют внушительную аудиторию, а все потому, что людям интересны новости и заявления, сопровождающиеся яркими эмоциональными оценками автора. Самые «сочные» мнения быстро распространяются по сети, и большинство воспринимают написанное за чистую монету. 

В свою очередь местные журналисты ссылаются на них в своих материалах, приглашают на интервью и передачи. Вот так спрос на таких  «экспертов» у нас растет.

Замечу, что эта проблема актуальна не только в нашей стране, она характерна для всех стран. В Узбекистане активизировались публичные дилетанты лишь два года назад.

- Нужно ли бороться с ними? И насколько это правильно, с учетом того, что государство наделило каждого человека правом на собственное мнение?

- Всегда должна быть свободная площадка для высказывания критических мнений и отличных от общепринятых суждений. Но всему есть предел. Смешно и нелепо, когда «эксперты», плохо разбирающиеся в разнице  между номинальным ВВП и ВВП по ППС, берутся рассуждать, почему государственные деятели плохо справляются с развитием национальной экономики, тогда как он лучше всех знает, что и как нужно делать для достижения экономических успехов. Или другие «эксперты» со всей серьезностью пытаются комментировать внешнюю политику. А самое страшное, что их аудитория и независимые СМИ со всей серьезностью относятся к таким несуразным заявлениям, что может привести к серьезным последствиям.

- Что вы имеете в виду?

- Например, возьмем одну из таких горячих «сфер». Последние полгода в пространстве популярных соцсетей и виртуальных медиа узбекского сегмента усилилось обсуждение вопросов развития духовности, изменения подходов к системе пропаганды традиционных ценностей, противостояния западному влиянию, определению пределов вестернизации и т.д. Государство и большинство населения считают, что традиционные ценности должны сохраняться, так как они определяют национальную идентичность. Но есть «эксперты», которые считают, что это все архаизм, надо отбрасывать устаревшие ценности и переходить на некие «передовые» (имея в виду, прежде всего западные) модели общественного устройства. При этом, вместо серьезного обсуждения проблемы, первым делом в дискуссии начинают навешивать ярлыки на тех, кто придерживается противоположных взглядов, называя их, например, «манавиятнутыми».

Но, например, если у этих экспертов в сфере национальной духовности, спросить   что они думают про Алпомыша и Кунтугмыша, то 9 из 10 таких «продвинуто-прогрессивных» не смогут ответить на вопрос. Начинают путать Алпомыша с Тохтамышем, не зная ничего про Кунтугмыша.  
То есть, люди, которые не знают элементарных вещей, а в данном случае  речь идет об одних из главных героев узбекского народного эпоса, берутся судить об узбекской культуре и литературе, о прошлом и будущем страны, о ее духовности.  

При этом не стыдятся демонстративно глумиться над государственной программой развития духовности и просветительства. Эти «профессионалы» и их аудитория не понимают, что они в группе риска. Сегодня идет жесткая идеологическая борьба между религиозным фундаментализмом, экстремизмом и идеями модернизации традиционного общества. И выступая против государственной политики в сфере духовности и просветительства, они льют воду на мельницу тех, кто занимается подрывом устоявшейся идеологии и пропагандой религиозного экстремизма.

Как отличить псевдо-экспертов от профессионалов? Есть какие-либо критерии?

- Сложно дать единый принцип, благодаря которому обычные читатели смогут отделять настоящих специалистов от диванных псевдоэкспертов.
Но есть общие признаки, по которым можно определить, кто глупости болтает, а кто разбирается реально в вопросах.
Во-первых, если в тексте очень много эмоций, при этом мало доводов, реально подтвержденных аргументов и цифр, то не нужно принимать такую информацию за чистую монету.

Во-вторых, лже-эксперты зачастую дают оценку происходящему только отталкиваясь от единичного примера, при этом спешат придать ему статус тенденции. Например, часто можно прочитать «Ехал на работу и разговорился с таксистом, который рассказал, что…». Только непрофессионал, на основе беседы с одним таксистом берется делать общие выводы.

В-третьих, большинство публичных дилетантов уверены в своей правоте, а мнение остальных для них – ошибочное. Они находятся в постоянной оппозиции ко всем и вся.

- На фоне сложившейся ситуации возникает один вопрос, где настоящие профессионалы?

- Дело в том, что с 1995 до 2017 годы я работал в системе правительственной аналитики. За это время успел близко познакомиться с большим количеством сильных специалистов из разных областей. Большинство из них не хотят выходить в публичное пространство. Поэтому их место занимают дилетанты, распространяющие недостоверную информацию. Правительству необходимо уделить внимание созданию/формированию класса публичных экспертов – экономистов, политологов, социологов, этнографов т.д., которые смогут участвовать в дискуссиях в  информационном пространстве в противовес сомнительным комментаторам. Последние два года бьюсь над тем, чтобы наши специалисты начали выходить из тени, стали ближе к народу и СМИ. Радуюсь каждому случаю, когда удается вытащить в информационное пространство настоящего эксперта своего дела. По правде говоря, большинство отказываются, объясняя свое решение тем, что не хотят негативного отклика на их публичную активность со стороны своего руководства.

На них оказывается давление за сотрудничество со СМИ?

- В какой-то степени да. Дело в том, что у нас не сформировалась практика, как я ее называю, «право на ошибку». Если сотрудник определенного ведомства даст комментарий СМИ, которое вразрез идет с официальной позицией руководства, то он может получить серьезные служебные проблемы. Естественно, единицы, без согласия начальства, идут на риск выступить в СМИ.

Отдельно стоит упомянуть о том, что у нас в стране действует очень усложненная система работы госорганов с журналистами. Им крайне сложно выйти на аналитиков и исследователей, которые работают в государственных структурах. Даже на официальные запросы СМИ, отделы внешних связей/пресс-службы  госорганов, отвечают спустя недели, если не месяцы. Затягивается процесс потому, что пресс- службы госорганов вынуждены чуть ли не у 10 вышестоящих лиц согласовывать запрос журналистов. А ведь после «пожара», когда прошло время и инфоповод «ушел» из информационного мейнстрима, никому не интересно мнение профессионала. В этом плане нужно отдать должное недоэкспертам, которые очень оперативно работают. За считанные минуты они заполняют информационное пространство своими псевдо-экспертными мнениями, прогнозами и рекомендациями. Поэтому многие журналисты, штампующие новости, не хотят связываться с государственными органами, им проще получить комментарий от дилетантов,  которые легко с ними идут на контакт. Понятно, что вопрос объективности при этом уходит на второй план. 
 
Элина Рустамова
Фото на главной: UzAnalytics.com