Спустя два года после завершения карьеры в большом спорте один из самых титулованных футболистов Узбекистана Сервер Джепаров снова на поле. При нём хорошая физическая форма и новое амплуа - тренерское. Осенью прошлого года дважды лучший игрок Азии по версии Азиатской конфедерации футбола (2008 и 2011 гг.) основал в родном Чирчике футбольный клуб Olimpic Chirchik.  Компания KNAUF поддержала начинания тренера.
 
Тренировки, которые проходят на стадионе «Кимёгар» («Химик») три раза в неделю, открыты для всех любителей футбола. Некоторые ребята приезжают в Чирчик из Термеза, Намангана и других городов, чтобы погонять мяч под присмотром Джепарова, а самые амбициозные мечтают попасть к нему в основной состав.
 
Вид постаревшего за долгие годы стадиона с облупившимися стенами и поредевшими деревянными трибунами, кажется, никого не смущает. Кроме самого тренера.
 
«У меня друг в Германии живёт. Мы с ним когда-то на этом поле занимались. Отправил ему фотографию, и он в ответ пишет: «За 40 лет ничего не изменилось». Так и есть».
 
Единственное в окружающем постоянстве, что вызывает приятные чувства — это заснеженные горы на фоне глубокого синего неба. Сервер Джепаров признаётся: «Уже за один такой вид люблю Чирчик».
 
О возвращении знаменитого атакующего полузащитника, бывшего капитана футбольной сборной Узбекистана в родной город, проблемах отечественного футбола и о том, как распознать талант в мальчишках с мячом, мы поговорили за полчаса до начала очередной тренировки молодого клуба с большой мечтой - вернуть в Чирчик игру миллионов и сделать её доступной.
 
Почему столице с её возможностями вы предпочли Чирчик?
 
— С точки зрения коммерции, в Ташкенте клубу было бы лучше, но я из Чирчика и считаю, что в регионе тоже нужно развивать спорт.
 
В столице много футбольных школ, но из-за плохой инфраструктуры очень тяжело найти поля, где дети могли бы заниматься. Мини-футбольные искусственные поля, которые строят в районах, не для спорта – для галочки.
 
В Чирчике ситуация сложнее. В городе осталось два государственных поля (при физкультурном институте и танковом училище) и два частных. Одно из частных - стадион «Кимёгар» («Химик»), который раньше принадлежал Электрохимкомбинату. Когда-то я на нём занимался, сейчас арендую.
 
Сколько человек приходит к вам тренироваться?
 
— После первого поста о начале тренировок пришло 60 человек. Это было в прошлом году. Несколько дней назад – 40. Бывает, что приезжают ребята из соседних городов, регионов. 
 
Тренировки бесплатные и открыты для всех желающих.
 
В состав клуба попадают ребята не младше 15 лет, которые проходят отбор. Очередной проведём ближе к началу областного чемпионата в рамках Второй лиги. 
 
— На какие средства живёт клуб?
 
— На мои личные. Сам плачу за аренду стадиона; в прошлом году купил ребятам домашнюю и выездную форму, чтобы команда выглядела командой. Это важно для дисциплины и мотивации.
 
В этом году постараюсь выделить деньги на то, чтобы привести в порядок поле. Хочу купить нашим болельщикам барабан, чтобы они нас ещё громче поддерживали.
 
Недавно мы получили спонсорскую поддержку. Я искал компанию, которая сможет помочь клубу и обратился в  KNAUF Uzbekistan. Сразу получил поддержку - мячи, конусы и другой инвентарь, необходимый для полноценного тренировочного процесса. Такая помощь важна для молодого клуба, и  я благодарен KNAUF за содействие.


 
В прошлом году нам помогли люди с Чирчикского завода сельхозтехники (бывший «Чирчиксельмаш» - прим. авт.). Там обожают футбол и есть те, кто наблюдал за моей игрой, когда я был в юношеском возрасте.
 
Очень хотел бы, чтобы у клуба появился титульный спонсор. Это даст какую-то стабильность, позволит строить планы на год, платить игрокам зарплату, премиальные, чтобы они почувствовали, что футбол – это профессия. Пока что мы существуем на любительском уровне, без серьёзных обязательств, контрактов: захочет футболист – будет играть, не захочет – уйдёт. Нас связывают человеческие отношения и желание приходить на стадион, играть в футбол. Сейчас самое главное для меня, чтобы это желание остаться крепло, чтобы парни не шатались по улицам, а занимались спортом.

О поколениях и отношении к футболу

— Чем современные подростки, которые играют в футбол, отличаются от тех, какими были вы и ваше поколение?
 
— У нас было меньше развлечений, чем сейчас у них. Только это и отличает.
 
— А цели, причины, по которым ребята тогда шли и сейчас идут в футбол, на ваш взгляд, изменились? 
 
— Думаю, что причина осталась прежней - футбол все любят.
 
— Только в любви дело? А рекламные контракты, известность, красивые дома и машины?
 
— Наверное, это тоже в подсознании сидит. У нас раньше не было такого. Да, мы знали, что такое «Кока-кола», радовались жвачкам «Лав из» и «Турбо», собирали вкладыши с машинами. Время поменялось и интересы тоже. Сегодня большинство хочет жить в достатке.
 
— На ваш взгляд, у ребят, которые приходят в футбол (в том числе к вам), есть понимание, что за благополучием стоит титанический труд? Тот же Криштиану Роналду тренируется по 3-4 часа в день на тренировочной базе, в зале, дома.
 
— Думаю, да. Просто люди разные, у каждого своя мотивация.
 
Тренировки у нас, не сказать, что в удовольствие. График и интенсивность разработал в соответствии с уровнем парней. Мы занимаемся по часу-полтора три раза в неделю и проводим одну игру. Пока этого достаточно.
 
В дальнейшем буду прибавлять время тренировок и количество дней в зависимости от возрастной группы. На тренировки приходят ребята от 15 до 20 лет. Очень важно правильно распределять нагрузку.

О проблемах сборной, мотивации и чемпионате мира, которого не случилось 


 
 — Вы выступали за клубы Саудовской Аравии, Южной Кореи, Ирана, имеете представление о том, как там развивают футбол, готовят игроков. Что из опыта этих стран могло бы помочь нашему футболу и сборной?  
 
— У Ирана и Южной Кореи сильная спортивная медицина, которой у нас, к сожалению, нет. 

В штате сборной, клубов нет психологов. В этой роли обычно выступает тренер. Но, например, в мировой практике после игры, которая закончилась поражением, с футболистами индивидуально работает психолог. Тренерам такие сессии тоже нужны – они такие же люди, испытывают стресс. 

Врачи, которые работают в высшей лиге – это обычные терапевты, травматологи. Узких специалистов, например, по тейпированию, у нас нет, потому что этому не обучают. Можно подобрать себе тренера-легкоатлета, но ему нужно будет отдельно платить. 
 
— Футболист национальной сборной может позволить себе персонального тренера?  
 
Люди разные. Кто-то не может. Кто-то считает, что ему это не нужно. Он лучше купит себе квартиру или хорошую машину.
 
— В таком случае наш футбол рискует так и не начать радовать болельщиков. Как быть?
 
Вы считаете, что футболисты должны нанимать себе тренеров по физподготовке? А где их взять? Почему их не готовят в стране, если мы действительно заинтересованы в развитии футбола, как, например, в Германии? Чтобы у нас получилось, нужны поля, инфраструктура, спортивная медицина и реабилитация. В тренерском штабе должны быть задействованы десятки специалистов разного профиля, которые бы наблюдали за 30 футболистами.
 
— Иностранные тренеры, легионеры, в которых вкладываются в стране – это недостаточная мотивация для футболиста? 

Пока отдельным тренерам и легионерам платят большие деньги, остальные игроки не развиваются. Хотя эти средства можно было бы вложить в инфраструктуру для своих спортсменов. У наших клубов есть гостиница, стадион, но нет бассейна и физиотерапии, которая должна быть, чтобы игрок мог быстро восстановиться к следующему матчу. Спортсменам нужно хорошее сбалансированное питание. В «Спартаке», например, есть свой диетолог, который планирует рацион для каждого футболиста. В наших клубах диетологов нет, потому что это тоже стоит денег.

Аналогичная ситуация с подготовкой тренеров. У меня друзья работают в питерском «Зените». К ним три раза в год с лекциями приезжают специалисты из «Тоттенхэма», «Манчестер сити». Занятия идут по пять дней. Это уже система. За время моего обучения к нам ни одного специалиста не привезли, который бы рассказал о том, кто такой тренер, как правильно готовить команду. Я ездил на лекцию в Малайзию, много практических знаний там получил. Понимаю: чем больше таких семинаров, тем больше опыта, шире кругозор.


 
— Личный профессиональный успех футболиста - в его собственных руках и ногах. Это ли не повод начать вкладывать в себя, не дожидаясь помощи со стороны?
 
Не все так мыслят. У каждого в футболе своя цель.
 
— Сборная Узбекистана могла выйти на Чемпионат мира в 2014 году, но не случилось. Это был ваш последний шанс. Что вы почувствовали, когда он был упущен?
 
Было очень обидно. Но это не значит, что я не старался, не хотел. Просто не получилось.
 
— Вы допускаете, что ваша главная спортивная мечта не исполнилась, потому что её не разделяли те, кто пришел в футбол за квартирой и хорошей машиной?
 
— Возможно. А возможно, причина того, что сборная плохо играет, кроется в нашем фундаменте – системе образования? Плеяда профессиональных игроков, которые выступали за сборную, воспитывалась в советское время, когда подготовкой будущих спортсменов занимались в детско-юношеских школах.  А сейчас у нас полей не хватает, где можно тренироваться.

В Исландии все любили футбол, но играли в него всего лишь два месяца в году – больше не позволяли погодные условия. Что они сделали, когда поставили себе цель развивать спорт и выйти на чемпионат мира? Построили 25 закрытых манежей, и все стали играть в футбол круглый год. Многие исландцы получили лицензии тренеров УЕФА для того, чтобы готовить профессиональных игроков. И у них всё получилось.

У нас тоже такое возможно. Постройте много хороших футбольных полей - и все будут играть.

О детстве, выборе и поиске футбольных талантов


 
— Вам в детстве было где играть?
 
—  Да, у нас в Чирчике тогда было пять стадионов: при физкультурном институте и танковом училище, «Сплав», «Сельмаш», ЧТЗ – при заводах. Все открытые. Дети заводчан проводили там всё время. У нас был областной турнир, где мы постоянно играли; каждое воскресенье ездили на матчи в Ангрен. 
 
— Ваш отец - кандидат в мастера спорта по гимнастике. Слышали от него: «Лучше бы в гимнастику пошёл, чем в футбол»?
 
— Он так и хотел, поэтому уже с пяти лет я занимался гимнастикой. Рядом с домом был парк и открытый стадион при заводе «Сельмаш». На месте этого поля сейчас построили аквапарк.
 
При стадионе был гимнастический зал. Каждый раз, когда я шёл на тренировку, проходил через поле, смотрел, кто там бегает. А после занятий, если видел, что на стадионе играют в футбол, всегда оставался. Четыре года провёл в гимнастическом зале, но на поле всё равно тянуло сильнее.
 
В девять лет пришлось выбирать: гимнастика или футбол. Была ещё музыкальная школа – мамина мечта, поэтому это даже не обсуждалось. Помню, сказал папе, что не хочу бросать ни гимнастику, ни футбол. Он меня поддержал, но настоял на выборе - заниматься двумя видами спорта было физически тяжело. Я выбрал футбол.
 
— Как вас нашёл ваш первый футбольный клуб «Навбахор»?
 
— Они приехали в Республиканское училище олимпийского резерва, где я учился до 11 класса. Оно функционировало как академия. Туда принимали лучших: объявляли конкурс, проводили экзамены.
 
— Как сейчас обстоит дело с поиском талантов?
 
— Скаутингу в Узбекистане не обучают. Селекционеры существуют просто на бумаге. Они есть, но не знают, как искать, отбирать игроков.

В России скаутинг — это отдельное направление, которое развивают уже лет десять. В ФК «Рубин» есть специальный отдел селекционеров. В штате работает десять сотрудников, по два на один возраст. Они ездят по всем регионам России и выбирают для клуба лучших игроков. У них есть своя программа отбора с чёткими критериями.

— Как распознать в ребёнке талантливого футболиста?
 
— Существуют критерии: как ребёнок двигается, какая у него координация, техника. Он должен мыслить по-футбольному. Например, на него нападает три человека. Нужно смотреть, как ребёнок из этой стрессовой ситуации выберется. Если справился, значит, у него аналитический склад ума. Это очень важно.  Технику, физику всегда можно развить, с мышлением всё гораздо сложнее.

О завершении карьеры


 
— Вы официально завершили футбольную карьеру?
 
— Да, в 2019-м.
 
— Когда поняли, что пора?
 
— Что-то думал, думал, потом решил, что хватит мучить футбол (улыбается). 
 
— Тяжело далось решение?
 
— Очень тяжело.
 
— Почему? Не было планов на будущее?
 
— Просто я привык достигать больших результатов.
 
— Считаете, что не достигли их?
 
— Достиг. Хотелось большего. На определённом этапе понял, что ставлю себе задачу – и ничего не получается. Это тяжелее всего было принять – что большего уже не будет.
 
— Вам когда-нибудь предлагали поменять гражданство, выступать за другую сборную?
 
— Нет.
 
— А если бы предложили, согласились?
 
— Нет, не поменял бы. Как бы я тогда смог сюда вернуться?

О тренерской работе, родителях футболистов и соцсетях


 
— Хороший футболист – это всегда хороший тренер?
 
— Нет.
 
— Вы хороший тренер?
 
— Хороший тренер тот, кто добивается хороших результатов. Про них говорить рано.
 
Если говорить о работе детского тренера, то её можно оценить лет через десять после начала. То есть если он занимается с ребёнком в течение восьми лет: с 6 до 14, то годам к 20 можно будет понять, заложил в него тренер что-то стоящее, смог воспитать в нём лидера, победителя или нет.
 
— К вам приходят ребята в возрасте от 15 лет. Почему не работаете с детьми помладше?
 
— Планы такие есть. Не занимаюсь с детьми, потому что для них нужна инфраструктура.
 
— Какова вероятность, что игрок ФК Olimpic Chirchik однажды попадёт в состав сборной?

— Всё зависит от игрока. У нас есть очень хороший мальчик. Родителей нет, из близких – брат и сестра. Обстоятельства сложились так, что живёт он не с ними, а в детском доме. У этого мальчика, честно, хорошее будущее. Он напористый, настырный, в прошлом году стал лучшим бомбардиром – больше всех голов забил. Для него эта команда может стать трамплином. И таких детей в Чирчике много. 

Поэтому важно развивать спорт, чтобы им было куда идти, кроме как по улицам слоняться. Нужны спонсоры, с помощью которых можно поднять инфраструктуру, создать не одну такую команду, а несколько. Появится конкуренция, вместе с ней желание развиваться, какая-то цель. Есть ребята, которых я не ставлю в основной состав, потому что не тянут, а они до сих пор приходят на тренировки, ждут своего момента.
 
— Как родители относятся к тому, что их сыновья пропадают на стадионе?
 
— Одни поддерживают, другие против. Практически каждому родители говорят, что нужно работать, деньги зарабатывать. Парни стараются семьям помогать. Кто-то на базаре торгует, кто-то на завод устроился. Наш нападающий Азамат, которого мы зовём «Халком», работает на мясокомбинате. Я их понимаю: в детстве сам с папой выходил на чирчикскую барахолку, продавали какие-то вещи.
 
Некоторых просто не отпускают. Есть у нас хороший футболист Баходир, ему 18 лет. Он в основном составе. Как-то не приходил пару дней. Стал выяснять, почему. Оказалось, мама не отпускает, не хочет, чтобы играл в футбол. Он какое-то время придумывал отговорки, чтобы приходить на стадион. Потом мама об этом узнала и запретила. Ей сын нужен был дома, потому что муж на заработках, она одна, помогать некому. Пришлось звонить маме, разговаривать, объяснять. Пригласил на тренировку. Она пришла, посмотрела и разрешила ходить. Видно же, что каждый из парней хочет играть в футбол. Как можно запретить то, что нравится?
 
— Приходится с парнями по-мужски разговаривать?
 
— Конечно, у нас и драки бывали на тренировках. Притирка.
 
— С личными проблемами приходят?
 
— Когда только начинали, чаще всего подходили, спрашивали, как быть, если заниматься не в чем: то куртки у кого-то нет, то обуви. Ребята, в основном, из малообеспеченных семей. Все бутсы, куртки, которые у меня были, раздал.
 
Один мальчик одно время приходил без настроения. Стал спрашивать, что случилось. Оказалось, у него родители разводятся. Ситуация непростая. Постарался объяснить, что так бывает, что взрослым нужно позволить самим разобраться, а ему стоит сконцентрироваться на футболе. Вышел на игру, и видно, что всё равно он об этом думает. Стараюсь как-то подбадривать, поддерживать, чтобы мальчик видел, что он не сам по себе.
 
— Как поддерживаете командный дух?
 
— Игру снимаем, тренировки, чтобы парни были на виду. Сейчас все сидят в соцсетях. Когда забивают голы, мы делаем нарезки. Ребята потом их выкладывают в свои аккаунты. Для них это важно. И для нас – парни должны получать удовольствие от того, что чем занимаются.
 
...И они получают. На следующий день после разговора ФК Olimpic Chirchik под руководством Сервера Джепарова на своём поле переиграл команду из Пскента - 4:2. На выходных матч с ташкентским «Фениксом» завершился ничьей – 1:1. Болельщики верят, что очень скоро в Чирчик вернётся большой футбол. Главное, чтобы тем, кто пишет новую спортивную историю города, помогли уже сегодня.
 
Виктория Абдурахимова

Фото Фиделя Аскарходжаева