Вчера большинство ведущих онлайн СМИ Узбекистана  разместили на своих страницах информацию о том, что по мнению руководителя одного из государственных регуляторов - «блогеры, модераторы социальных сетей и мобильных мессенджеров будут нести  ответственность  за содержание  комментариев под постами,  носящих оскорбительный или ложный характер, дискредитирующие личность или иные, представляющие угрозу государственной информационной безопасности комментарии».
 
Иными словами - любой владелец личного аккаунта в Facebook либо иной социальной сети, а также владелец канала в мобильном мессенджере может быть привлечен к ответственности, вплоть до уголовной, за любой не соответствующий законодательству комментарий, оставленный любым из сотен миллионов интернет пользователей.
 
В условиях безусловного верховенства права и общественной уверенности в справедливом правосудии, это высказывание не вызвало бы столь широкого числа обсуждений, однако как мы видим, данная тема получила большой общественный резонанс.
 
В целях предоставления ответа на главный вопрос данного поста, необходимо дать анализ и определение понятиям «владелец аккаунта», «блогер», «средство массовой информации».
 
Как бы это странно не звучало, но телефонные мессенджеры и социальные сети типа Facebook, в чисто юридическом плане нельзя отнести к категории средств массовой информации, поскольку они, как минимум  не имеют соответствующую государственную регистрацию в качестве СМИ, что должно осуществляться в том же ведомстве что и породило столь активный интерес среди  действительно патриотичного и прогрессивного интернет сообщества.
 
В соответствии со ст. 12 Закона «О средствах массовой информации», СМИ может осуществлять свою деятельность только после государственной регистрации. 
 
Ввиду отсутствия в свободном интернет доступе информации о реестре СМИ в Узбекистане, мы не можем утверждать либо отрицать, о наличии либо отсутствии статуса СМИ у Facebook, однако руководствуясь косвенными признаками (например, наличием аккаунтов  ведущих должностных лиц страны и официальных Facebook страничек государственных органов) мы все же склонны полагать, что деятельность Facebook в стране в целом все же легитимна.
 
Определение понятию «блогер» нашло свое отражение в ст.3 Закона РУз «Об информатизации» - физическое лицо, размещающее на своих веб-сайте и (или) странице веб-сайта во всемирной информационной сети Интернет общедоступную информацию общественно-политического, социально-экономического и иного характера, в том числе для ее обсуждения пользователями информации.
 
В данном определении ключевым является указание законодателя на то, что веб-сайт либо веб-страница на каком-либо сайте должна принадлежать блогеру. Именно «принадлежать», т.е. блогер должен иметь юридическую и практическую возможность распоряжаться «своей страницей» (формулировка из Закона) по собственному усмотрению и желанию. Однако, пользователи Facebook имеют возможность владеть и распоряжаться только лишь своим «персональным аккаунтом» как отдельной составной частью веб-страницы Facebook, но никак не владеть всей страницей в социальной сети.
 
Если гипотетически ставить знак равенства между понятием «владелец аккаунта в Facebook» и понятием «блогер», тогда надо официально признать, что число блогеров в Узбекистане превышает цифру в 1,6 млн. человек, именно такое число пользователей из Узбекистана насчитывалось в Facebook в прошлом году.
 
Важно также отметить, что в соответствии со ч.2. ст.12 (1) Закона РУз «Об информатизации» - блогер обязан проверять достоверность общедоступной информации до ее размещения на своих веб-сайте и (или) странице веб-сайта во всемирной информационной сети Интернет, на которых размещается общедоступная информация, а также незамедлительно удалять размещенную информацию в случае установления ее недостоверности.  Обратите внимание на слова «проверять до размещения…»
 
Владельцы аккаунтов в социальных сетях, авторы постов и материалов, как правило не имеют ни юридической обязанности, ни технической возможности проверять содержимое комментариев пользователей сети, до их размещения или публикации под обсуждаемым либо комментируемым материалом. Наличие телепатических либо экстрасенсорных способностей авторов, также не является обязательным требованием для возможности создания личных аккаунтов в социальных сетях. Честно признаюсь, я не могу заранее предвидеть детальное содержание комментариев под данным постом.
 
Соответственно меры юридической ответственности, предусмотренные за несоблюдение Закона РУз «Об информатизации» процессуально не могут быть применены в отношении владельца аккаунта Facebook, по крайней мере в той мере и контексте как это вытекает из духа и смысла самого рассматриваемого закона.
 
Однако, если же мы будем говорить о размещении несоответствующих законодательству материалов и комментариев к ним в СМИ, то здесь действительно, блогеры, журналисты, редакторы и т.д., безусловно должны нести ответственность за содержание материалов и деятельность пользователей на веб-страницах данных интернет СМИ.
 
Заключение
 
Наше законодательство не совершенно, и навсегда отстало от экономических и социальных реалий, процессов глобализации. Однако, все же, наш гражданский долг не допускать и не позволять появлению элементов направленных на разжигание национальных и религиозных конфликтов, политической дестабилизации общества, либо пропаганде иных противоправных действий. Их перечень всем известен.
 
Я также считаю важным поддержать призыв г-на Алламжанова «о совместных действиях против разных нездоровых тенденций в информационной сфере для обеспечения в нашей стране свободы слова и мысли, верховенства закона».
 
Мухаммадали Махмудов, юрист

Ранее мы представляли читателям мнение другого юриста Мадины Турсуновой на ситуацию с высказыванием главы АИМК Комила Алламжонова.