Узбекистан впервые за историю независимости начнет готовить военных журналистов. Первые ласточки – 20 студентов начнут обучение на грантовой основе с сентября этого года в стенах Университета журналистики и массовых коммуникаций. В интервью корреспонденту UzJournal Назгуль Кенжетай рассказала, о специфике военной журналистики, зачем Узбекистану собственные военкоры и как относятся коллеги-мужчины к военным корреспондентам женского пола.

23-летняя Назгуль Кенжетай – международный военный корреспондент, фотограф и самый молодой европейский журналист из Казахстана. Она делает фоторепортажи из горячих точек и пишет аналитические обзоры о мировой политике на турецком и английском языках. Сейчас Назгуль работает в Турции, где сотрудничает с Anadolu Agency, The Independent Turkish, CNN turk, Agency France Press, BBC Turkish и другими СМИ. В 2018 году Назгуль Кенжетай вошла в число 100 новых лиц Казахстана.


 
— Узбекистан с этого года впервые начнет готовить военных журналистов. Как думаете, зачем вдруг государство решило готовить собственные кадры в этой сфере и будет ли эта профессия востребована?

— На данный момент к нам поступает информация преимущественно из российских и западных СМИ. Не секрет, что каждая страна ведет пропаганду исходя из своих интересов. Как результат, вокруг нас море фейков, фальшивок, а важные моменты, нередко, остаются за кадром. В это время мы – страны Центральной Азии, сидим, сложа руки. Точнее, уступая им информационное поле, не пытаемся дать альтернативный взгляд и позволяем забивать головы населения иностранной пропагандой. Это наша главная слабость. Чтобы стать сильнее, мы должны иметь журналистов, которые могут противопоставить фейкам и тенденциозной информации объективный взгляд на события.

Кстати, именно поэтому я решила изучать Южный Восток, так как в СМИ Центральной Азии не часто встречается живая информация. А ведь, если изнутри будем отслеживать «правила игры», то мы научимся лучше ориентироваться и знать, к чему мы должны быть готовы. То есть на примере чужой страны, где идет гражданская война, мы можем извлечь урок, как надо действовать и защищаться.

Узбекистан принял абсолютно правильное решение начать готовить военных журналистов. Главное, чтобы узбекские военкоры не ограничивались теоретической работой. Нужно принимать активное участие в освещении конфликтов непосредственно с места событий. Что касается второго вопроса, как показывает история, каждые 100 лет возобновляются жестокие войны, поэтому военкоры будут нужны всегда.

— С 2013 года вы стали глубоко изучать сирийскую проблему и не побоялись отправиться на Ближний Восток. Расскажите, как вы стали фронтовым корреспондентом?

— Родом я из Кызылорды. После окончания школы выиграла образовательный грант и уехала учиться в Турцию. В университете выбрала направление «Военно-политическая журналистика», включавшее традиционное теоретически ориентированное лекционное обучение. То есть физическую подготовку и технику самообороны мы не проходили. Основные дисциплины в военно-политической журналистике — психология, религия, экстремизм и терроризм, политика, дипломатия и, конечно же, иностранные языки. Я действительно стала много времени посвящать изучению мировых конфликтов, религий и методов пропаганды.

Возможно, я бы не пошла в этом направлении, если бы мои педагоги не поддерживали меня и не ставили высокие оценки за мои труды, тем самым мотивируя меня. После окончания учебы стажировалась в европейских информационных агентствах, специализирующихся на военно-политической журналистике, где поняла, что готова работать в горячих точках. Так, впервые в 2016 году в 21 год поехала в Сирию, а именно в Алеппо.

— Как вам это удалось?

— Эта нелегкая процедура. Невозможно просто купить билет и поехать в Сирию. Потребовалось около года, чтобы мне дали разрешение отправиться туда. Я обращалась в разные международные инстанции, в числе которых ООН и ЮНИСЕФ, однако все было тщетно. Точнее, я получила от них ответ, но очень поздно. Также обращалась в парламент Турции с просьбой поддержать мою кандидатуру, и тоже безуспешно. Тем не менее, я не сдавалась и начала стучаться в двери разных СМИ и, наконец, несколько изданий решились посодействовать мне и поспособствовали в получении аккредитации. Замечу, что все финансовые расходы на поездку и пребывание там оплачивала из личных средств.

Поскольку темой моего проекта была «Ассимиляция беженцев в Турции», моя задача была максимально точно передать настроение людей и событий. Для более точной и объективной картины решила остановиться на сборе фото и видеоматериалов, к тому же текстовые сообщения в онлайн изданиях слабо читаются. Я успешно справилась с работой и была награждена ведущим турецким телеканалом TRT премией «Проект года».
 
 




 
— Неужели не было страшно?

— Конечно было, я ведь не бесстрашная. Понимала, что опасность поджидала меня повсюду. Поэтому внутренняя дилемма — стоит ли игра свеч имела место быть. Однако профессиональный интерес перевесил мои страхи. Информация сегодня стоит очень дорого, а донести до людей правдивую информацию – это ещё и большое моральное удовлетворение, и ради этого стоит рисковать.

— Родители пытались вас остановить?

— Нет, они понимают, что в этом заключается моя работа и призвание. К тому же, я давно живу самостоятельной жизнью, поэтому никто не пытался меня остановить или переубедить. Но я стараюсь не рассказывать им обо всем, чтобы лишний раз не давать повода для волнения.

— Можете вспомнить свой первый опыт работы в зоне боевых столкновений?

— Смутно. Это было в Алеппо, тогда я впервые услышала грохот бомбардировок. Из-за шока и высокого адреналина не могла первые минуты пошевелиться. Собиралась мыслями. Но больше всего поразило, что в местах ожесточенного боя продолжали жить мирные граждане. Помню, дети нам подсказывали название бомб, которые взрывались в нескольких сот метрах от нас. Это страшно, они знают то, чего не должны знать в этом возрасте. Вы даже представить себе не можете, что переживают дети войны.

После такого опыта кардинально поменялись жизненные ценности. Раньше для меня деньги, жажда популярности и прочая мишура имели значение, но когда увидела настоящее лицо войны, признание, награды и премии стали меньше интересовать. Возможно, это звучит из моих уст слишком наивно и примитивно, но я действительно хочу помогать спасать детей, путем донесения до мировой общественности правды.



— Реальная картина, которая предстала перед вами, отличалась от той, что пишут в СМИ?

— Конечно, еще раз убедилась, что нам очень многое не договаривают и не показывают. В сирийской войне активное участие принимают Россия, Турция, США и ряд европейских стран, и, у каждой страны свои правила и интересы на Ближнем Востоке, соответственно, каждый тянет одеяло на себя. Например, западные СМИ могут утверждать, что тот или иной человек является террористом, а российские СМИ отрицать этот факт и встать на его защиту. Отличить правду от лжи можно только путем собственного глубокого изучения, но большинство СМИ Центральной Азии предпочитают беспрекословно предоставлять чужие мнения.

Приведу другой пример. Ведущие иностранные СМИ очень много писали и показывали про Дамаск, тогда как там давно не велись боевые столкновения, город постепенно начал возрождаться, практически из пепла. В тоже время, положение сирийских городов Ракка и Мюнбич, являющихся оплотом террористов, освещалось недостаточно. Широкая масса не в курсе даже, что была активная операция по освобождению сирийских городов — Ракки и Мюнбич от террористов, потому что СМИ намерено переключали внимание на менее важные события.

— Может ли любой журналист переориентироваться на военного журналиста? И насколько важна в этой профессии физическая
подготовка?


— Если журналист неплохо разбирается в психологии терроризма, религии и экстремизме, владеет навыками дипломатии, то вполне может стать фронтовым корреспондентом. Физическая подготовка имеет второстепенное значение. Конечно, рекомендуется быть ловким и шустрым, а самое главное – логичным в своих поступках.

— Как коллеги-мужчины относятся к женщинам — военным корреспондентам?

— Если никому не мешать и профессионально выполнять свою работу с соблюдением этики, то предвзятого отношения не наблюдается. Обычно, когда знакомятся со мной, мужчины приятно удивляются, что в таком молодом возрасте занимаюсь таким серьезным и опасным делом.


 
— Куда вы теперь путь держите?

— В ближайших планах — Ливан, Палестина и Украина. Положение людей и государственное устройство этих стран вызывает много вопросов. Ответить на них могут только главы этих стран, и сейчас пытаюсь организовать с ними интервью. Также хочу поехать в Афганистан, но эта цель не из срочных.

Очень хочу взять интервью у Шавката Мирзиёева. Среди всех президентов мира он один из моих кумиров, потому что он смог радикально изменить страну, судьбы людей и положение государства на мировой арене. На мой взгляд, благодаря ему в течение следующих пяти лет Узбекистан станет одним из лидеров в Средней Азии и будет соперничать с Казахстаном.

Беседовала Элина Рустамова