Постановление Президента номер ПП 3473 от 12 января 2018 года многим из современников запомнится как документ, положивший конец странным мечтаниям, надеждам на “авось пройдет”, метаниям из стороны в сторону и началом реальной работы по реальному проекту. Решили - сделали!
 
Речь - о строительстве горно-металлургического комбината в Каракалпакии, возле горы Ащины-тау  горной системы Султануиздаг.  На месторождении Тебинбулак. За последние 10 лет этот проект несколько раз хоронили, пересматривали, восстанавливали, находили на него деньги и теряли их, спорили с экологами, с нефтяниками-газовиками-железнодорожниками четырех стран… Проект уже стал легендой и символом плохого менеджмента, через него уже прокрутили, еще не начав строить, огромные деньги… Нужен был человек, который одним ударом смог бы разрубить этот многими запутанный узел. И вот свершилось…
 
История каракалпакского комбината - это споры “а нужен ли он вообще?” Дело в том, что потребность Узбекистана в стали в среднем около 550- 600 тыс. стали в год. Только Алмалыкский горно-металлургический комбинат для своих нужд импортирует за год 3 тыс.  тонн легированных сталей и 1 тыс. тонн ферросплавов. Но!  Цены на сталь в мире сегодня и в ближайшем будущем - минимальные. Вдобавок, к радости российских металлургов, наша страна в прошлом году отменила акциз на их сталь. Что касается китайцев, так они и без акцизов подгребли под себя узбекский рынок стали. Вдобавок в апреле прошлого года Газпромбанк и банк “Асака” договорились совместно финансировать строительство Ташкентского сталелитейного завода, который уже с 2019 года будет давать по 500  тыс. стали. Об анекдотах, связанных с проектом, anhor.uz уже писал https://anhor.uz/columnists/replika-arifmetika-gosudarstvennih-kontraktov. Но сегодня ташкентский проект (тьфу, тьфу) вроде  бы реализуется “под ключ” с помощью российской ГК “Метпром”. Причем важно, что “под ключ”, это предотвращает возможный “переток” денег “не туда”...
 
Итак, вроде бы больше стали, чем уже есть, нам не нужно? Да. Но вся штука в том, что сегодня дешевле (и для престижа страны важнее) все-таки каракалпакский завод построить. Иначе смеяться будут…
 
Месторождение на Тебинбулаке, как и все сегодняшние, подарил нашей стране Советский Союз. В 1937 году его открыл геолог Я. Висневский, в 1966-70 годах его доразведовали В. Баранов и к. Кромской. Установили запасы - 3 млрд. тонн титаномагнетитовых руд. Причем в руде, кроме железа, содержатся еще и ванадий, хром, марганец, цинк. Вроде бы здорово: Россия, например, половину своего импортного цинка , это около 9 тыс. тонн, покупает у нас. И цена цинка увеличилась в прошлом году на 28%, до $ 3 тыс. за тонну.
 
Но руда бедная, экономика проекта критична, чтобы добыча окупилась, надо добывать очень много и выплавлять чугун и сталь на месте. Показатели для Тебинбулака - ежегодно не меньше 15 млн. тонн руды и выплавка не меньше 1 млн. тонн стали. Это рассчеты российского ОАО “Уралмеханобр”, которое делало техническое исследование и Первого горно-металлургического института Екатеринбурга, который выполнил предварительное ТЭО (технико-экономическое обоснование) проекта в 2013 году. Заказал ТЭО бекабадский Узметкомбинат, которому согласно инвестпрограмме 2015-16 годов предстояло строить предприятие. Требования, которые выставили бекабадцы проектировщикам, делали будущий каракалпакский комбинат довольно дорогим - $ 3,1 млрд. Несмотря на явно неподъемную цену, работы решили продолжать…
 
Площадка для строительства была выбрана в 80 км. от Нукуса, в 15 км. от железнодорожной станции Каратау. Начались работы “нулевого” цикла. Уэметкомбинату надо было уже искать и основных исполнителей - строителей и инвесторов. Первой отказалась южнокорейская строительная фирма POSKO: откровенно назвали проект нерентабельным.  Финны из Outotec взялись разрабатывать технологию бедной руды, но концы с концами не вязались. С инвесторами та же история: китайские банки, которые вроде бы давали $ 300 млн., здраво рассудили, что подрывают свой же китайский стальной бизнес и свое решение отозвали. И т.д.
 
Между тем российские проектировщики, надеясь на “СНГвскую” солидарность, свою часть работы продолжали. Уточненные данные по руде и способах переработки  показали, что добывать надо не меньше 22 млн. тонн руды в год, так как в других вариантах горнообогатительный комбинат не выйдет  на показатели 65% железа в концентрате. А иначе и выплавлять сталь невыгодно.
 
Неожиданно оказалось, что инженеры с Урала проектируют комбинат для нас бесплатно, Узметкомбинат им не платит. В прошлом году долг составил уже $ 2 млн.
 
Поскольку останавливать процесс уже было невозможно, надо было найти кого-то в России, кто закрыл бы глаза на “такие мелочи”, как миллионные долги по проблемному проекту. Не буду называть фамилию нашего чиновника, предложившего “выход из положения”, ему самому смешно, надеюсь. Но предложили “договориться”  с  Уральской горно- металлургической компанией (УГМК). В апреле прошлого года с ней подписали меморандум о намерениях. Что почему-то позволило нашим чиновникам везде вещать, а нашей прессе во-всю трубить о том, что УГМК будет строить каракалпакский комбинат. Такая уверенность базировалась на том факте, что 40% акций УГМК принадлежат этническому узбеку Искандеру Махмудову (21 строчка в российском списке Forbes). Когда через пару месяцев его спросили, как идут переговоры по проекту, он откровенно заявил: ”Узбекистан - моя родина, но кто вам сказал, что я плохой бизнесмен?” Сказать так у руководителя УГМК были все основания. В компании прекрасно помнили, как её специалисты в январе 2017 года восстанавливали медеплавильный агрегат на Алмалыкском ГМК. После того, как агрегат (за бешенные деньги, между прочим ! ), почти угробили австрийцы и поляки, мы пригласили рабочих с Урала. Приезжали они дважды. Всю работу сделали “на ура”. Но больше связываться с нами не будут, сами догадайтесь, почему…
 
Поиски инвесторов и строителей продолжались. Российские проектировщики уже снизили стоимость проекта до $1,5 млрд. , что то там перемудрили ( ? ) бекабадцы со своими требованиями… Но что пугало претендентов? На выплавку 1 тонны стали нужно 20 тонн воды. Подсчитайте, сколько её надо на выплавку 1 млн. тонн стали - такова окончательная, коммерчески обоснованная мощность комбината? Напомнить, что Каракалпакия - зона экологического бедствия, там людям воды не хватает?  Да, там почти рядом Туямуюнское водохранилище, но его воды комбинату хватит на неделю. Не менее значительна проблема топлива. На месте есть газ. Но специфика металлургии такова, что газ не дает нужной для плавки температуры. Чтобы температуру поднять до нужной, в печи впрыскивают нефтяные фракции - так мазут будут гнать через всю страну железнодорожными цистернами? Почти тупик?
 
Нужно было волевое решение. И оно состоялось 12 января. Узел разрублен. Теперь комбинат на Тебинбулаке будет строить “Узбекистон темир йуллари”. Если до 1 апреля не найдем денег, будем строить за свои. Дальнейшее проектирование будем делать сами - подключается институт “Узинжиниринг”. Причем реализация проекта будет вестись одновременно с разра
боткой конкретных ТЭО по всем объектам комбината. Правда, запуск комбината перенесли на 2024 год…
 
Теперь бы решить, куда деть 1 млн. тонн стали ежегодно…
 
До встречи здесь же,
Юрий Черногаев