Можно ли говорить «слегка» про «большую» политику? Я думаю, что можно. Более того, нужно. Ибо мы, как налогоплательщики, имеем право знать, что там говорят чиновники на закрытых саммитах. Нас туда не пускают, но там, тем не менее, перераспределяются наши деньги, которые мы вручили государству в надежде, что их истратят мудро и с пользой и для нас тоже. А почему «слегка»? - Да потому, что, если наш голос все равно не слышат, так мы хотя бы будем иметь некоторое представление – что же там, за этими закрытыми дверями, происходит.

Итак, в следующую среду в Вашингтоне состоится второй по счету саммит группы С5+1. Это пять министров иностранных дел стран Центральной Азии плюс их американский коллега. О первой такой встрече anhor.uz довольно подробно информировал своих читателей в материалах "Самарканд: итоги для нас и для них" и Джон Керри: «ООН была создана в Самарканде».  


Сейчас в Вашингтон собирается наш министр иностранных дел А. Камилов, и мы расскажем, какие вопросы он там будет обсуждать. В этом нам поможет заместитель помощника Государственного секретаря США по Центральной Азии Дэниэл Розенблюм, с которым мы беседовали 28 июля. Тематика беседы также позволяет ответить на вопросы, которыми нас забросали после отчета о саммите ШОС в Ташкенте. 

По хронологии начнем с ШОС. Разговор о ташкентском саммите заканчивался отчетом о поездке корреспондентов Anhor.uz в дружеское сопредельное государство, с территории которого другое дружеское государство пристально высматривало цели в южном  дружеском государстве, намереваясь навести там порядок. О чем дипломаты говорили «на полях» ташкентского саммита, а мы наблюдали ситуацию своими глазами (когда-нибудь  расскажем о беседах с технарями 73-й тяжелой бомбардировочной авиадивизии с базы «Украинка» - не удивляйтесь, это в Сибири).Так вот, отвечаю всем, кто интересовался. Пока - «отложили». В Ташкенте четкую позицию (типа «давай, давай, мы давно просим») высказала делегация того государства, где как раз эти самые цели расположены. А вот великая азиатская держава, в которой до сих пор все друг друга называют «товарищ», воспротивилась.

Ладно, будем называть все своими именами, читатели уже все поняли. Речь идет о КНР. Делегация этой страны на саммите хорошо показала, кто здесь «главный». Китайцы вовсе не в восторге от возможного приглашения Ирана в ШОС, и потому эта затея отложена. Аккурат в то самое время, когда все участники ташкентского саммита душили друг друга в объятиях, Китай заблокировал членство Индии в Организации поставщиков ядерного топлива.  И, - о чем сейчас будем говорить, - резко сказал «нет» планам того «второго фронта», о котором мы «слегка» сказали в упомянутых выше публикациях. Так что 73-я дивизия свои полетные карты пока свернула, и (могу ошибаться) улетела восвояси.

Причина ясна, если посмотреть на карту. Цели, о которых говорили - это самоуправляемая Зона племен на западе Пакистана. Самое-самое осиное гнездо, там и ИГ, там и ИДУ (anhor.uz так много писал об этом, что я даже  ссылок делать не буду…). Но вот что стратегически важно. Рядом – СУАР, Синьцзян-Уйгурский автономный район Китая. У него 80-километровая граница с Афганистаном, вдобавок он граничит с Северными территориями индийских штатов Джамму и Кашмир, которые под управлением Пакистана (сразу извиняюсь перед индийскими и пакистанскими властями, каждая из них уверена, что её притязания на эти территории законны. Разбирайтесь сами). Ясно одно: любой удар по Зоне племен мгновенно аукнется кровавым эхом по всему этому взрывоопасному региону.  

Центральные китайские власти уже много натерпелись, когда в СУАР поочередно были две Восточно-Туркестанские республики, сначала Исламская, потом Революционная. Уже лет тридцать там как-то удерживают сепаратистов от больших акций. Правда, для этого пришлось наладить массовое переселение в СУАР этнических китайцев из центра: в 1970 году их было здесь 7%, сейчас – 30%.  Наладили туда переброску газа из Центральной Азии, теперь 60% ВВП СУАР – это химия. Мировой кризис сильно ударил по экономике региона, потому наш газ  был  спасением. Пекин продавил ради уйгуров беспрецедентное соглашение, которое формулируется так: «Мы даем кредит, вы строите на эти деньги  газопровод и наполняете его. Гоните газ нам, рассчитываясь, таким образом, за наш кредит». Поскольку газопровод – это четыре «нитки» ценою каждая $2-2,8 млн. за километр, общая цена проекта – около $20 млрд. Цену за наш газ китайские товарищи установили в $100-120 за тысячу кубов (Газпром покупал по $180). Рассчитаемся за кредит только к 2025 году. А пока – бесплатно.  У них даже ВВП на душу населения больше, чем у нас - $3 тысячи,  это, вроде бы, и наша заслуга…
Потому Китаю нет никакого резона расшатывать в регионе ситуацию…

Теперь о грядущей встрече в Вашингтоне. Американцы прекрасно всю ситуацию  в Центральной Азии просчитывают, удивляются иногда, но «это ваш выбор, и мы не собираемся соревноваться с другими странами за влияние в этом регионе» - говорит Д. Розенблюм. И продолжает: «Мы не считаем, что страны Центральной Азии не должны иметь хороших отношений с Китаем или Россией. Но это не значит, что Центральная Азия не может иметь хороших отношений со странами, которые далеко от неё географически. Было даже мнение, что США попросят для себя статус наблюдателя в ШОС, но сейчас это не рассматривается. Центральная Азия – это наименее интегрированная со своими соседями территория. ШОС – в развитии, посмотрим, в какой пропорции там будут политика, экономика, интеграция». От себя замечу, что зато главная сила в ШОС уже определилась…

Д. Розенблюм высказывает мнение Госдепа. И именно так будет рассматриваться ситуация в регионе на следующей неделе.  Министрам предстоит обсудить вот такую повестку: 1. Как все-таки соединить экономику Центральной Азии и экономику США и других стран. Учитывая «специфику» нашей статистики, Розенблюм иллюзий не питает: «Предстоит нелегкая работа». 2. Окружающая среда. Тут особых проблем не предвидится, все сразу будут «за», не зря же Алмалык по нашим отчетам входит в число самых чистых городов планеты. 3. Борьба с терроризмом и ситуация в Афганистане. Серьезная и горячая тема, по которой американцы предвидят дискуссии.

В том числе и дискуссии по названным выше планам некоторых соседних держав. Розеблюм серьезен: «Разговор будет дипломатичным, но мы должны обсудить все вызовы. Мы хотим, чтобы Россия играла позитивную роль. У нас с ними – общее стремление поддерживать стабильность, есть общие цели. Правда, мы видим, что анализ этих целей разный: у России более негативная оценка. То есть, мы не всегда можем действовать рука об руку.» И вот это уже интересно – позиция Китая по действиям в регионе («подождем-посмотрим») стыкуется с американской.

Мне представляется важным и вот такой аспект будущих дискуссий. Госдеп в своем «Докладе о принудительном труде» за прошлый год (за 2016 год отчет только готовится) опустил Узбекистан со второго места на третье. Не очень радостный показатель. Причина все та же, от которой мы никак не можем избавиться: «Сегодня все мы – хлопкоробы. Ура». Но узбекистанским участникам дискуссии  будут высказаны и слова ободрения: да, власти страны сотрудничают с Международной организацией труда и Всемирным Банком в преодолении этой застарелой «болезни». Отмечено сокращение детского труда, это, оказывается, детишки выходят помочь своим родителям убрать их собственный урожай. И т.д. То есть налицо возможность занять передовые позиции в искоренении принудительного труда, главное – правильная точка зрения…

По итогам саммита участники С5+1 намерены выработать пять международных проектов, реализация которых (и финансирование!) начнутся безотлагательно. Но вот что за проекты, Розенблюм говорить не стал: должна же «слегка» сохраниться хоть какая-то интрига…

До встречи здесь же,
Юрий Черногаев.